Книга Против ветра, страница 113 – Анна Джейн

Никита почувствовал, что еще чуть-чуть – и он просто взорвется.

— Ты понимаешь, что я наделала? – опустилась на пол Ника, закрывая лицо.

На безымянном пальце сверкало обручальное кольцо.

Ник потер лицо, не зная, что делать. А Ника прижала ладонь ко рту, словно боясь, что с губ сорвется всхлип.

— Он так старался, – говорила Ника глухо. – Он хороший. Ненавижу измены. Всегда кричала, что так никогда не поступлю. А сама изменила ему. Понимаешь, Никита? – подняла она заплаканные глаза. – Ты понимаешь, что значишь для меня, раз я сделала это? Полюбила бы я чудовище… А ты мне не веришь. – И она вновь заплакала.

— Верю. Возьми. Тебе нужно успокоиться.

Кларский протянул ей наполненную до краев стеклянную кружку с холодной водой, от которой ломило зубы. Ника сделала несколько жадных глотков.

Никита сел рядом и без слов обнял.

Они сидели на полу молча, и легкий ветер играл с их волосами. Постепенно Ника успокоилась, да и эмоции Никиты отступили прочь.

— Хочешь уехать со мной? – нарушил тишину Кларский.

Голос его звучал тихо, но твердо.

Карлова подняла на него покрасневшие глаза.

— Хочу, – просто ответила она, не колеблясь ни секунды.

— Тогда я закончу дела, и мы уедем вдвоем.

— Когда?

— Скоро, – пообещал Никита.

— Саше сказать обо всем надо. Я должна извиниться.

— Конечно. Пойдем в комнату, – встал Ник и помог подняться Нике.

Уже выходя из кухни, он вдруг сказал:

— Больно.

— Что?

Ника успокоилась, но находилась словно прострации.

— Шрам, – напомнил ей Кларский. – Больно было. Ненавижу боль.

Теперь уже Ника обняла его. И оба вновь замолчали, наслаждаясь друг другом.

Если ночью в их сердцах бушевала страсть, эмоции были на пределе, а нервы – оголены, то сейчас все было иначе – Ников охватила странная, болезненная нежность. Осторожные прикосновения, тихий шепот, неспешные движения, переплетенные пальцы на подушке, проникновенные взгляды – глаза в глаза…

Время застыло для них обоих.

А потом они о чем-то тихо говорили, лежа друг напротив друга. Уже без того накала эмоций – спокойно, размеренно. Не строили планы, а решали, что будут делать. Никита коротко поведал, где был и почему вернулся. Не стал утаивать и того, что в городе ему оставаться опасно. Ника же рассказывала о Саше, о свадьбе, о том, как поняла, что не должна выходить за него.

— Расскажи, как ты жил эти три года? – спросила Ника, зачарованно глядя на Никиту.

— И рассказывать нечего, – не в силах был тот оторвать от Ники изучающего взгляда. – Просто жил за границей под чужим именем и скрывался. Брат – ты ведь его помнишь, – скорее не спрашивал, а утверждал Никита, ведь Марта при всем желании нелегко было забыть, – был готов к подобной ситуации, поэтому у меня были деньги и новая биография. Часть денег я потратил, часть пустил в дело. Путешествовал. Знакомился с людьми.

«Боялся, что не проснусь живым», – добавил парень про себя.

«Развлекался», – с тоской подумала Ника.

— Я погорячился, – сказал он тихо, поглаживая Нику по спине. – Ты, естественно, не знала, вернусь я или нет. Вполне нормально, что ты кого-то нашла. Первую любовь, – добавил Никита несколько ехидно. – Если говорить начистоту, я тоже был не в монастыре.

Ника сначала изумленно глянула на него, а потом злобно сощурилась: ага, значит, у него были девки! Что ж, немудрено. Он же не святой.