Книга Против ветра, страница 110 – Анна Джейн

— Вот как. Понятно.

Ник без единой эмоции на лице встал, и это немножко расстроило Нику – она ведь специально его провоцировала. Карлова тут же вскочила и прикусила губу. Закутавшись поплотнее в простыню, пошла следом за ним на кухню, где не было ничего, кроме раковины, холодильника, микроволновки и плотно задернутых горизонтальных жалюзи, из-под которых пробивался свет.

В полутемной кухне Кларский пил из кружки воду.

— Никит, – несмело начала она, встав в арке, ведущей на кухню, – ты что, обиделся? Ау-у-у!

— Не в лесу, – коротко ответил ей Ник.

Ника обратила внимание на его спину – она лишь однажды видела парня без одежды, когда до его отъезда из города они ночевали в квартире ее знакомой и перед сном он снял майку. Тогда ей стало безумно его жаль. И сейчас, глядя на шрамы, Ника вновь испытала это острое чувство. Наверное, Никита многое повидал.

Ника часто думала, как тяжело было ему. А он не сломался. Не пал духом.

Может, поэтому он так привлек ее внимание?

Подойдя ближе, она осторожно коснулась рваного шрама у него на боку.

— Как? – только и спросила она.

— Кастет, – коротко бросил Кларский.

— Больно было?

Ника поняла, что он не ответит. Да и глупый вопрос. Наверняка ему было больно. Только захочет ли гордый Никита признаваться в этом?

— Никит, ты меня не дослушал. Не уходи посредине разговора, пожалуйста, – попросила Ника тихо. – Я просто хочу быть честной. И прекрасно понимаю, что и я тебя раздражала. Надеюсь, сейчас все не так, – вымученно улыбнулась она.

Кларский нахмурился.

— Да, ты казался мне моим личным проклятьем. И жутко раздражал с первого взгляда. Серьезно, ты поступал как козел, хотя и мое поведение было не идеальным. Помнишь, что мы друг другу наговорили в машине мальчика, который нас познакомил? Как его звали? Денис, верно? Как же давно это было… – вздохнула Ника. – И да, я боялась тебя. Боялась, что ударишь или сделаешь что-нибудь. И твоего брата я тоже боялась. А когда притворялась твоей девушкой, боялась и ненавидела каждую секунду.

Ника снова вздохнула. Если ночью ей владела страсть и нежность, то сейчас она должна была сказать все-все, что чувствовала с самого начала, без утайки.

— И знаешь, потом вдруг что-то изменилось. Сильно. На сто восемьдесят градусов. Ты оставался все таким же грубым и жестким типом без крыши. По крайней мере, ты казался мне таким. А я стала много о тебе думать. В какой-то момент я хотела узнать о тебе все. Какую еду ты любишь, какую слушаешь музыку, какие планы у тебя в голове. Каким ты бываешь с той девушкой, которую любишь… – Ника улыбнулась далеким воспоминаниям. А Никита смотрел сквозь стену, словно видел где-то за границами мира собственное прошлое. – И страх прошел. Вообще прошел. – Она откинула со лба прядку светлых длинных волос. – Мне нравилось бывать с тобой. Мне даже редкие поцелуи на публике нравились. И я с нетерпением ждала встреч. Я даже начала думать, что понимаю тебя. Для себя я решила: ты хороший. Не такой, каким хочешь казаться. Не чудовище. – Ника хотела коснуться Никиты, но тот так посмотрел на Карлову, что ее рука нерешительно замерла в воздухе.

— А если за три года я стал чудовищем? – спросил он, отвернувшись к окну. – Ты ведь не знаешь, чем я занимался. Чем жил. Что делал.