Книга На грани фола, страница 39 – Катя Саммер, Настя Орлова

— По-ня-ла? – повторяю по слогам. – Это приказ. Ты все еще моя… должница, помнишь?

Дождавшись ее быстрого кивка, я срываюсь с места, по-прежнему ощущая мучительную тяжесть в паху.

Сука, Бык, ты мне за это ответишь.

Стоит вернуться в основной зал, я понимаю, что заваруха там и правда некислая. Несколько столов опрокинуты, вокруг куча битой посуды, девчонки сбились в стайки у стены. Брыкающегося Саню с трудом держат двое – Рус и Матвей Силин из параллельной группы, охрана пытается утихомирить его оппонентов по мордобою – двух качков предпенсионного возраста. Вот и на хрена Саня с ними связался?

Подбегаю к парням и, схватив брызжущего слюной Быка за рога… за грудки, короче, встряхиваю его со всей дури.

— На меня смотри! – повышаю я голос. – Завязывай, давай, с этим дерьмом. Или ты в клоповник давно не наведывался? У тебя второй приход за месяц – деньги бати утром могут и не вытащить.

— Они оборзели, Гром, – едва ворочая языком, бычится друг. – Да я им головы поотрываю, я…

— Ты домой сейчас поедешь и проспишься! – раздраженно торможу этот словесный поток.

— Да пошел ты!

— Ребята, давайте его на улицу пока, а я тут подчищу, – бросаю Руслану и Матвею и, убедившись, что они взвалили Быка на себя, тащусь в сторону администратора, на ходу прикидывая, сколько кэша понадобится, чтобы закрыть инцидент максимально безболезненно.

За пятнадцать минут, что я обжимался с Булочкой, Саня успел наворотить столько дел, что в процессе разговора с владельцем клуба Сергеем Волконским, которого я шапочно знаю по банковским тусовкам отца, начинаю подозревать, что малой кровью мы не обойдемся. Вот ну что Бык за мудак? Как с цепи сорвался в последнее время! С Саней мы дружим с детского сада, но необходимость регулярно прибирать за ним это говно начинает меня порядком бесить. Что. С ним. Не так?

— Сергей Юрьевич, – не сдаюсь я, прощупывая владельца. – Мой друг может взять на себя не только компенсацию фактического ущерба, но и морального тоже. Скажем, еще сто процентов сверху, м? Он ужасно сожалеет, что не сдержался. Ужасно.

…Наконец придя к компромиссу и пожав руки с Волконским, я пру на улицу. Парней нахожу во дворе за клубом: Бык, уже успокоившись и сидя на кортах, дымит как паровоз, а Руслан и Матвей о чем-то приглушенно перетирают. Заметив меня, вся троица разворачивается и застывает в ожидании вердикта.

— Ты, сука, без новогодних подарков останешься, – бросаю Быкову, который едва держится на ногах. – Я задолбался, Сань, серьезно. Последний раз твою жопу вытаскиваю, ясно?

— Мог бы и не вытаскивать, – бычится он в ответ.

— Ой, блин, – морщусь раздраженно.

Понимаю, что сейчас разговаривать с ним бесполезно. Как телка ломается, честное слово. Надо его быстрее на хату отправить – пусть проспится, а завтра поговорим. Бате его сумма, которую сынок теперь торчит Волконскому, точно будет не по душе.

— Рус, домой его можешь отправить? – спрашиваю у друга.

— А ты?

— А у меня дела еще есть незавершенные.

Вдаваться в подробности я, конечно, не собираюсь, но у самого при мысли о том, чтобы продолжить постигать глубины рта Огневой, в штанах начинает полыхать. И даже пьяный мордобой Быка не в состоянии сбить мой настрой.

Тори

Я прихожу в себя не минуту и даже не две. Мне вообще кажется, что проходит целая вечность, пока я пытаюсь усмирить ошалевших бабочек в животе. Что это, черт возьми, было? И кто вместо меня стонал в рот Громову? Потому что в здравом уме это не могла быть я. Он меня опоил? Загипнотизировал? Наслал порчу? Ну а что? Хотеть Арсения – это настоящее проклятие, учитывая количество раздвинутых ног, между которыми он побывал.