Книга После развода. Ненужная любовь, страница 9 – Катя Истомина

Я медленно, почти безвольно сползаю по мокрому, холодному стеклу на кафель, подтягиваю колени к груди и бессмысленно закутываюсь в мокрое, холодное полотенце. Дрожь становится только сильнее, сотрясая все мое тело.

Он ушел. Он просто развернулся и ушел. Оставил меня одну, дрожащую от холода, предательства и абсолютного, всепоглощающего одиночества.

Надя

Я сижу на кухне, закутавшись в старый, но теплый банный халат. Волосы уже почти высохли, но изнутри меня все еще колотит мелкая, ничем не унимаемая дрожь. В руках кружка с крепким черным чаем. Я не чувствую его вкуса, просто сжимаю гладкий фарфор, пытаясь хоть как-то согреть заледеневшие пальцы.

Парацетамол немного притупил головную боль, но не смог унять тупую, ноющую боль в груди.

Мысли путаются, кружатся вокруг одного и того же: как?

Как я скажу об этом девочкам? Как посмотрю в глаза Анжелике, которая уже все понимает, и маленькой Амине, для которой папа герой? Они должны вернуться от бабушки послезавтра. Всего два дня. Два дня, чтобы придумать, как разрушить их мир.

Папа нас больше не любит?

У папы есть другой сын?

Он ушел от нас?

Каждое предполагаемое детское «почему» вонзается в сердце, как заноза. Я пытаясь прогнать эти образы, но они становятся лишь четче.

Внезапный, настойчивый звонок в дверь заставляет меня вздрогнуть и обжечься чаем. Сердце бешено колотится. Неужели он вернулся? Так скоро? С новыми унижениями? С холодным спокойствием в глазах?

Осторожно подхожу к глазку. На площадке незнакомый парень в куртке с логотипом цветочного магазина. В руках у него огромный, шикарный букет алых роз.

С недоумением открываю дверь.

— Добрый вечер. Надежда? — переспрашивает курьер, стараясь улыбнуться, но его улыбка кажется мне натянутой и фальшивой.

— Да, я Надежда, — отвечаю, и голос звучит хрипло и неуверенно.

— Вам доставка. Приятного вечера, — говорит и протягивает мне тяжелый букет.

Я беру его, машинально закрываю дверь и возвращаюсь на кухню, не понимая, что происходит. Кто прислал? Зачем прислал? Мысли путаются. Может быть, это Лена, моя подруга, узнала? Но откуда? Или… Нет, только не это.

Кладу букет на стол, и среди сочной зелени и бархатных бутонов замечаю маленькую, изящную белую открытку. Пальцы слегка дрожат, когда я беру ее и разворачиваю.

Вижу аккуратный, знакомый до боли почерк. Его почерк.

«Надя, я знаю, что ты сейчас плачешь и, наверное, ненавидишь меня всем сердцем. Но иногда сама жизнь заставляет нас принимать сложные решения, которые кажутся жестокими, но в конечном счете ведут к общему благу.

Поверь мне, все, что не делается — все к лучшему, для новой, лучшей жизни для всех нас.

Дай нам немного времени, и ты сама все поймешь и увидишь правильность этого пути.

Не смей плакать, Самир.»

Секунду я просто смотрю на эти строки, не веря своим глазам, ощущая, как буквы пляшут перед глазами от накатившей тошноты.

Каждое слово оставляет шрам на сердце, а из груди вырывается короткий, хриплый, абсолютно безрадостный смешок, больше похожий на предсмертный хрип. Это похлеще любой пощечины.

Общая польза?

Лучшая жизнь?

Взгляд скользит по знакомой кухне, по чашке с недопитым чаем, по стулу, на котором он сидел совсем недавно, и все это кажется теперь чужим, опороченным, как и эти слова на бумаге.