Книга Городские беспредельщики, страница 19 – Мира Форст

отделался. Сказала, еще денег перевел для меня в качестве компенсации. Но я ими

отказалась пользоваться, просила обратно вернуть.

Я и сам уже ничего не понимаю, Звездочкина взаправду выглядит обескураженно, вижу

единственное объяснение.

— Значит, справки подделала твоя мама, из-за чего я и не отделался всего лишь

штрафом. А компенсацию я действительно перевел. На счет Екатерины Владимировны, так

как ты отказывалась со мной разговаривать. И обратного перевода от твоей матушки не

было.

— Руслан, – появляется воинственность в голосе девчонки. – Не знаю, какую игру ты

затеял, но моя мама не могла так поступить. Она добрый и честный человек. Я тебе не

верю. И вообще…, вам пора, – вздыхает она, глядя на Рекса, вновь храпящего в

корзине. – Дай ему сосиску, – предлагает Юля пойти проверенным путем.

— Хорошо. Я ухожу, – не хочется мне совсем уж настраивать Звездочкину против себя. –

Но мы к этому вопросу еще вернемся, – собираюсь докопаться до правды, которая

оказывается вовсе не такой, какой рисовалась мне до этой минуты. Я думал все просто

и понятно, но слова Юлии застали меня врасплох.

На моей половине дома планировка и часть мебели, как и у моей соседки. И я догадался,

чем она руководствовалась при выборе своей половины – ее окна не загораживала лесная

рощица.

Кое-что в моих новых владениях осталось от прежнего владельца – жалюзи на окнах,

немного посуды, электрический чайник, мусорное ведро, хозяйственный инвентарь,

плечики в шкафу.

Сабина должна позже отправить доставкой все из моей квартиры, чего не будет хватать

здесь, и что я не повез с собой из-за невозможности добираться до «Мухоморово» на

машине. Мы договорились с сестрой, я пришлю список, и либо она упакует вещи для

курьерского грузовика, либо привезет ее сын на своем рабочем фургоне.

— Надо не забыть про одеяло и подушку, – изучил свое жилище, заглядывая в каждый

угол. В целом, тут было весьма неплохо, лучше, чем я себе представлял.

Поставив миски Рекса на небольшой кухоньке и, наполнив, одну водой, другую кормом,

велел псу ждать, а сам отправился к деду Прохору, чья лысая голова виднелась за

забором соседнего дома.

— Прохор, у тебя найдутся одеяло с подушкой? – приветливо улыбнулся старику. – Одолжи

на время.

— Едрена вошь, – скрылся сосед в своем доме.

Я решил немного обождать. И не зря. Спустя пару минут Прохор появился на покосившемся

крыльце с подушкой в руках и шерстяным одеялом.

— Пузырь с тебя, – назначил он цену.

— Деньгами на пузырь возьмешь? – не входило в мои планы на сегодня посещение местного

магазина.

— Давай, – согласился Прохор. Я полез в карман брюк за бумажником, как дед принялся

торопить меня. – Че медленный такой? Поганка с полянки выползла, ща заметит нас, не

отвяжется.

Краем глаза заметил цветастый платок Никифоровны, во дворе ее дома кудахтали куры,

забор облюбовали петухи. Совершив быстрый обмен, поспешил ретироваться.

Остаток вечера провел за ноутбуком на медицинских сайтах, прислушиваясь к звукам за

стеной, разъединяющей меня со Звездочкиной. Один раз она говорила по телефону, но

слов разобрать не смог.

Собирался ложиться, когда позвонил Марухин.

— Руслан Викторович, к восьми не приходи завтра. Трубу прорвало, и канализацию

засорило. В десять приходи, должны починить.