Онлайн книга «Городские беспредельщики»
|
У входной двери столкнулся с препятствием. Ни один ключ не подходил к замочной скважине. Появлялся весомый повод увидеться с девушкой прямо сейчас. — Юля! – постучался к ней. Молчание. Тишина. Вот же вредная девчонка, – чертыхаюсь мысленно, но в то же время нечто теплое разливается в груди. Ни капли я не разочаровался, увидев Юлию Звездочкину вновь. Убедился лишь, что не выдумал своего интереса к ней. Бывает так, чувствуешь – твоя женщина и все тут. И разница в возрасте не пугает. Подумаешь, на десять лет старше. А зачем ей ровесник нестабильный, на других баб поглядывающий? Я вот только на нее смотреть готов, да и любую прихоть ее исполнить готов, кроме той, где она меня посылает куда-нибудь подальше. — Юля, в моей связке ключа не хватает, – не теряю надежды, что ей станет меня хотя бы немного жаль. – Может быть, ключ от твоей двери подходит и к моей? До моего слуха доносится легкий звук, шлепанье голых ступней о деревянный пол. Дверь мне все же отворили. — Не подходит, – одаривает меня девушка странным взглядом, который я пока не могу расшифровать, и кладет на мою ладонь металлический предмет. – Твой ключ, – поясняет она. Ее пальцы едва касаются моей кожи, но даже такого прикосновения достаточно, чтобы мне захотелось большего. Я помню, что она упала, потому смотрю на ее коленки. Правая брючина немного порвалась. — Почему ты не сняла штаны? – возмущен ее безалаберностью. — Что, прости? – взметнулись черные брови вверх. — Ты упала, Звездочкина, твоя штанина порвана. Скорее всего, образовалась ссадина или даже рана. Нужно обработать, – объясняю очевидные вещи. Она моргает, опускает взгляд ниже и будто только сейчас замечает дыру в джинсах. — Черт… Порвала, – волнует ее не ссадина, а испорченная вещь. — Давай посмотрю, – наклоняюсь, желая убедиться, что все не так страшно. — Я сама справлюсь, – отступает Юля от меня подальше. — Я все-таки врач, – настаиваю на осмотре. – Лучше доверься профессионалу. На ее милом личике читается очевидное сомнение, тогда спрашиваю строгим тоном: — Ты знаешь, отчего умер отец Маяковского? Юленька учительница, оттого отвечает прилежно: — От заражения крови. — Вот именно. Тоже не придал значения незначительной ранке. — Хватит, Нечаев, – подмечаю в большущих глазищах испуг. – Хватит меня пугать. — Тогда дай осмотреть твою рану, – на самом деле беспокоюсь я. — Ладно, – сдается девочка. – Проходи. Проходите, – поправляется она, скашивая глаза на Рекса. – И ждите здесь, – велит нам, скрываясь в санузле. Мы ее не слушаемся. Рекс, отстегнутый от поводка, замечательно устраивается в пустой плетеной корзине, оставленной в одной из двух комнат. Я снимаю ботинки, ставлю свою сумку на пол, достаю из нее дорожный врачебный набор и сажусь на диван в той же комнате, где расположился Рекс. Оглядываюсь. Чисто, светло и уютно так, как бывает только в том доме, где живет женщина. На подоконнике цветок с блестящими зелеными листьями, на комоде салфетка с вышивкой, тяжелые шторы подвязаны лентами. Очевидно, это не спальня, но туда я пока соваться не рискую. Долгое воздержание и расправленная постель, хранящая запах понравившейся мне девушки… лучше не рисковать. Я вытирал руки спиртовой салфеткой, когда Юлия вернулась. Она сменила джинсы на |