Книга Я приду, когда будет хорошая погода, страница 78 – Ли Доу

— Ерунда. Просто… Извини за невнимательность.

— Ну если так.

Он улыбнулся, и в следующий момент Хэвон обняла его за плечо. Не зная, что делать, Ынсоп напрягся, но, пока она его так обнимала, он почувствовал, как напряжение медленно спадает.

Почему это он замирает каждый раз, когда прикасается ко ней… Хэвон стало грустно, но в то же время она чувствовала, как они становятся ближе. Она склонила голову и оставила мягкий поцелуй на его волосах. Затем смело сказала:

— Теперь твоя очередь. Что ты хотел спросить?

С первого взгляда казалось, что он засмущался.

— Сегодня… В ореховом доме не зарезервированы комнаты. Смогу ли я там поспать, если подам заявку сейчас?

— О чем ты вообще? На любое число. Много пустых комнат. Какую хочешь? Березовую комнату? Дзельквовую комнату?

Ынсоп уткнулся лицом ей в колени, отчаянно кивнув.

— Мне стыдно. Я был неправ.

Хэвон просто рассмеялась.

— Это шутка. Можешь занять половину комнаты «Грецкий орех».

Он поднял свою голову.

— Половину?

— Да. Ты впечатлен?

— Впечатлен.

Двое улыбнулись, положили друг другу руки на щеки и нежно поцеловались. За раздвижной дверью в тихой ночи на страже стоял снеговик с поправленной на нем шапкой.

После того как члены клуба, которые были последними гостями, ушли, владелец книжного и менеджер закрыли магазин и наслаждались вечером на катке. На сегодняшний день дедушка Сынхо сделал перерыв в сборе макулатуры и играл со своим внуком.

— Совсем не холодно. Потому что я потею.

Дети с раскрасневшимися щеками болтали, выдыхая пар, а Суджон, наблюдающая с края катка, радовалась им.

— Да, когда я занимаюсь спортом, потея, совсем не чувствую холода.

— Но пот тоже замерзает!

Сынхо ярко улыбнулся, подбежал к своему дедушке, который тянул деревянные сани, похожие на доску для падука, и быстро сел ему на колени. Старик ехал на санях вместе с внуком, схватившись руками за железные поручни, и расчищал лед. Хёнджи, бывшая смотрителем в книжном, была вооружена толстыми стегаными брюками и курткой и катала Хёджин на пластиковых санках, дергая за веревку и сметая снег.

Так как Хэвон впервые надела коньки, то, поскользнувшись, упала, едва пройдя один круг, а затем подъехала к краю, ненадежно схватившись за сетку забора. Суджон не могла не рассмеяться, увидев племянницу подруги в таком состоянии.

— Вы не катаетесь на коньках?

— Не, я боюсь вывихнуть лодыжку.

— А я уже утомилась. Думаю, пойду переобуюсь.

Хэвон вздохнула, в отчаянии прислонившись к сети.

Дети оставили санки и зашли на каток через дыру в заборе. В отделе игрушек Хёджин вставила купленную взрослыми ветряную вертушку в меховую шапку и каталась с пистолетом с мыльными пузырями, который стрелял при нажатии на спусковой крючок. Хёджин нажала на курок и начала крутиться, как фигуристка. Ветер закрутил вертушку на шляпе, и мыльные пузыри разлетелись по воздуху. Сынхо стоял там и с восхищением смотрел на своего партнера.

— Хёджин такая классная, не правда ли?

Когда две женщины и девушка из книжного магазина с улыбкой оглянулись, Ынсоп, дунув в свисток, остановился перед Хэвон.

— Ты уже накаталась? Только один круг прошла.

— Из-за того, что я продолжаю часто падать, у меня болит попа.

— Я тебя поймаю, пойдем.

Он схватил Хэвон за руку в перчатке и потянул обратно на лед. Придав сил своим ногам, она крепко обняла Ынсопа, но он медленно заставил ее ослабить хватку.