Книга Я приду, когда будет хорошая погода, страница 20 – Ли Доу

Несколько дней спустя Хэвон рано утром одна ехала в пригородном поезде. Проехав несколько часов, она вышла на незнакомой станции и два дня жила в обшарпанном гостевом доме. По берегам реки Нактонган росло много хурмы, и на каждой аллее с деревьев здесь свисали плоды, созревшие до насыщенного оранжевого цвета. На третий день ее каким-то образом нашла Мёнё. Увидев тетю, идущую по песчаному берегу реки, Хэвон не поверила глазам.

— О, ты здесь? Ты приехала в красивое место.

Удивленная и смущенная, она продолжала чертить веткой на песке. Некоторое время она молчала, а потом бросила:

— Хочу умереть.

Прозвучало немного по-детски.

— Умрем вместе?

Хэвон посмотрела на нее. Лицо тети было спокойным.

— Если ты хочешь умереть, значит, и мне можно исчезнуть.

В этих словах не было ни малейшего преувеличения. Она знала, что тетя Мёнё говорит искренне. Она была тем человеком, кто делает, когда ее о чем-то просят. И Хэвон медленно покачала головой.

С холма была видна длинная вереница безмолвных могил. Хэвон вдруг показалось, что это кладбище – иллюзия. Каждый из живших когда-то людей ушел вместе со своей историей. Должно быть, при жизни они произнесли бесчисленное количество слов, но сейчас не было слышно ни единого. Но, если так подумать, эти истории все равно далеки от нас. Подул горный ветер, и углы циновки задрожали.

Такси остановилось в центре города Хечхона, высадило одного человека и направилось в сторону Пукхён-ри. Хэвон толкнула вращающуюся дверь аптеки «Ханим». Фармацевту, которого бабушка всегда хвалила – как хорошо умеет готовить лекарства такая молодая девушка! – было сейчас за сорок.

Женщина с густыми тенями для век и длинными волосами с химической завивкой первым делом вручила ей витаминный напиток.

— Сначала выпей это.

Хэвон почувствовала некую силу, приказывавшую ей принять лекарство. Она выпила его и поставила пустую бутылку на прилавок. Фармацевт взяла бутылку и кинула ее в угол, попав в коробку. Раздался треск.

Раньше, когда Хэвон приходила сюда за лекарствами для бабушки, маленькая дочка фармацевта часто играла здесь, то скатываясь с пластиковой горки, то скача на пони на детской площадке. Следы времени были заметны на лице женщины, которая управляла аптекой и заботилась о дочери, не изменились лишь горящие пламенем глаза.

— Я тебя где-то видела.

— Я внучка бывшей владелицы гостевого дома «Пукхён».

— Точно! Помню тебя еще школьницей. А теперь у вас гостевой дом «Грецкий орех»?

Хэвон кивнула, умолчав о том, что бизнес закрыт.

— Глаза твоей тети в порядке? Она была у врача?

— Мы только что были вместе… У тети плохое зрение?

— Возможно, она давно махнула рукой на ситуацию с глазами. Я не понимаю, почему она не слушает меня. Ей нужно обратиться к офтальмологу, пока не стало слишком поздно.

Хэвон вспомнила, как тетя носила солнцезащитные очки в доме. У нее болят глаза?

— Теперь о тебе. Что тебя беспокоит?

— Похоже, я простудилась. У меня болит горло. Наверное, это из-за холодного ветра.

Достав с полки два пузырька с лекарствами, фармацевт положила их в полиэтиленовый пакет.

— По две таблетки три раза в день. Обязательно принимай.

Хэвон протянула карточку и стала ждать. На том месте, где были горка и игрушечный пони, теперь были сложены фильтры для воды и упаковки от лекарств.