Хэвон подумала, что погода на Корейском полуострове сумасшедшая, и снежинки падали вместо пуха на одуванчики, цветущие во дворе под террасой, и мерцающие белые кристаллы блестели в весеннем солнечном свете. Девушка была ослеплена странным чувством весны и зимы, разворачивающихся одновременно. В поле зрения появился Ынсоп, идущий по дорожке. Он ночевал в книжном магазине прошлой ночью и сейчас возвращался домой. Волосы его были взлохмачены, как гнездо сороки, а в ее глазах отражался только блеск.
Ынсоп остановился, а Хэвон вышла на дорогу с метлой – было ощущение, будто прошел сильный снег, – и она хотела все убрать. Ынсоп медленно подошел к ней и сказал:
— Пройдет полдня, и снег растает…
— Хм-м…
Услышав неожиданный ответ, Хэвон смахнула снег метлой… и бросила его в сторону Ынсопа. Когда он резко отступил, она ярко улыбнулась и, взмахивая метлой из стороны в сторону, сотворила метель. Хлопья снега в мгновение опустились на его лицо и тело.
— Ай, что ты делаешь!
Ынсоп вскочил и побежал во двор дома, а Хэвон побежала за ним, сметая скопившийся во дворе снег. Внезапно он обернулся, схватил ее и попытался отобрать метлу. Хэвон расхохоталась. Метла в конце концов взлетела в воздух, и они вдвоем упали в снег во дворе. Ее шея, касающаяся снега из-за коротких волос, покрылась мурашками от холода, но Хэвон нравилось это ощущение.
— Ты собираешься остановиться? – Ынсоп вздохнул и посмотрел на нее сверху вниз.
Грудь Хэвон тоже вздымалась и опускалась от одышки. Она возвела руки к плечам, словно сдаваясь.
— Хорошо, не буду.
Ынсоп уже собирался встать, но Хэвон была немного быстрее. Она обхватила руками его шею и посмотрела ему в глаза. И они поцеловались. Когда Ынсоп поднял голову, Хэвон прошептала:
— Улыбнись.
Но Ынсоп не мог легко улыбаться. Два месяца были не очень долгим сроком, но это был переломный сезон для него, который был длиннее и болезненнее, чем когда-либо. Глядя в его дрожащие глаза, Хэвон поняла, что парень страдает от одиночества больше, чем она думала.
— Было бы здорово, если бы ты рассмеялся. Я приехала сюда, чтобы увидеть твое улыбающееся лицо.
Наконец, Ынсоп тихонько вздохнул.
— Ага, если ты скажешь улыбнуться, то я улыбнусь. Тогда если я это сделаю, то что сделаешь ты?
— Я поцелую тебя в последний раз.
Он посмотрел на нее в замешательстве, и теплая улыбка скользнула по губам Хэвон.
— Спустя около ста лет. Тогда я подарю тебе последний поцелуй. А пока давай будем вместе все время.
После минутного молчания Ынсоп наконец улыбнулся. Хэвон на мгновение прикрыла глаза, а затем открыла их, потому что видеть эту сцену было так волнующе. Небо виднелось из-за его плеча. Зеленые листья двора плыли по краю неба, покачиваясь на ветру. Зима и весна… Хэвон думала, что никогда не забудет этот момент пребывания в двух сезонах одновременно с Ынсопом, этот миг долгого поцелуя в заснеженном весеннем поле.
Глава 39. Лабиринт Систерфилда
БЛОГ КНИЖНОГО МАГАЗИНА
26 мая
# Книги издательства «ГуднайтБукс»: «Лабиринт Систерфилда», Мок Хэвон
Сегодня прибыла вторая книга, «Лабиринт Систерфилда», изданная независимым издательством «ГуднайтБукс». (Первая книга – это книжка с иллюстрациями, не предназначенная для продажи, так что на самом деле сейчас у нас вышла первая продаваемая работа.) Автор, который рисует изображения, взяла за основу «лабиринт». Лабиринт, состоящий из таких различных иллюстраций, как плющ, папоротник, макраме, терновый забор, каменные стены и цветочные дорожки, – они появляются попеременно то в цвете, то в черно-белом оформлении на каждой странице. От простой головоломки, где можно легко найти выход, до сложной. Медленно следуя по пути на картинке, можно встретить двух спрятавшихся девушек. В книге также есть открытки с иллюстрациями. Надеюсь, эта книга получит много любви.
#
Верно. Это хозяин книжного, который наконец начал независимое издательство. Несколько дней назад ко мне подошел ответственный за «Новости Хечхона» и взял у меня интервью. Я всегда с благодарностью думаю о вежливом и дружелюбном репортере. Вы сфотографировали меня в разных позах (прислонившись к книжной полке со скрещенными руками, открытая книга-лабиринт, смущающие фото в полный рост перед раздвижной дверью). Не думаю, что и в этот раз получится лучше, чем в жизни. (Если вам интересно узнать правду, посетите книжный магазин «Гуднайт» в Пукхён-ри, Хечхон, Канвондо.)
Боюсь, что наш книжный магазин станет меккой местного сообщества. Как вы справляетесь со всплеском славы в качестве места для фотосъемки? Кто следит за порядком? Должен ли я взимать отдельную плату за кофе и печенье? Что думаете, читатели «Гуднайт-клуба»?
Хорошо. Это просто деревенский дом с черепичной крышей. Мечту построить дом с синей черепицей пока отложу на будущее.
#
Я упоминал, что автор «Лабиринта Систерфилда» вернулась? Я встретил ее снова через месяц. Теперь по ночам она спит лицом ко мне. Когда я закончу этот блог, я должен дать тебе подушку для рук, но, честно говоря, я немного боюсь. Были дни, когда думал, что, если бы я читал истории о влюбленных, которые крепко спали всю ночь на руках своих любимых, эта поза была бы стандартом. Теперь я посылаю им свое восхищение и уважение. Должно быть, у них тоже онемели руки. А спать на чьей-то руке не так удобно, как вы думаете. Не лучше ли пуховая подушка?..
Таким образом, в очередной раз представляю звезду Веги, упавшую на плечо пастуха. Одно кобальтовое перо синей птицы, которое все время было в моем доме. Легкие и теплые вещи, чтобы она спала. Лампочки на рождественской елке, которая освещала книжный магазин прошлой зимой, новые побеги, прорастающие на деревьях на горе, маленькие полевые цветы в поле Пукхён-ри, возможно, лежали на моей руке. Она легкая… Она приятно пахнет, как запах травы, принесенный весенним ветерком. Если она будет хорошо спать, кончики моих пальцев онемеют, но это не будет большой проблемой.
Май уже подходит к концу. Погода по-прежнему сумасшедшая. Радует то, что на рисовом поле полным ходом идет посев риса. Но зимой все равно придется работать на катке.