Онлайн книга «Наедине»
|
Отец сообразил семейный ужин и даже пораньше ушел с работы, намереваясь закончить все приготовления к тому моменту, как все мы соберемся за столом в их квартире. О моих мнимых неприятелях он молчал, и это само по себе вызывало настороженность. В другое время я бы непременно задумался, быть может, даже сам завел разговор на эту тему, надеясь заблаговременно расставить все нужные точки по законным местам. В любое другое время, но только не теперь. Не могу сказать, что мне это нравилось, но в моей жизни определенно наметились признаки стабильности. Даже не давая о себе знать, Серафима все время была где-то рядом, навязчивым призраком выплывая даже из случайных мыслей на какую-нибудь совершенно отвлеченную, не связанную с ней тему. Я мог вяло интересоваться у прогрессивного Сашки содержанием новой белковой диеты, которую он активно продвигал в массы, и в этот момент живо представлять себе, как Фима стоит у огромного, в пол, зеркала, и сосредоточенно подводит глаза черным цветом, собираясь на смену в свой чертов клуб. Мог оставлять Катьке очередное голосовое сообщение с гневным содержанием и требованием немедленно перезвонить, но слышать совсем другой голос, интересующийся робко, не стану ли я возражать против… И по цепной реакции вновь и вновь возвращаться в то раннее утро, словно наяву чувствовать, как Фима беззастенчиво трогает носом мою напряженную шею, почти касаясь губами натянутой кожи. Почти… Может, мне и не стоило ничего о ней узнавать, тогда было бы не в пример легче избавиться от назойливых образов, с методичностью атакующих мою не раз отбитую в боях голову. Если бы я понял все с первого раза, не стал рассказывать Катерине про Клуб и уж тем более вновь тащиться туда с туманными намерениями, еще и в компании сестрицы, то все наверняка бы обошлось. Но вот ведь штука — чем больше я об этом думаю, тем менее привлекательной кажется мне эта мысль. Более того, я начинал привыкать к присутствию Серафимы в своей жизни, пусть даже незримому. Я не забивал себе голову иллюзорной чушью, точно зная, что темноволосая красавица из Клуба слишком сложная, замороченная, чокнутая, и, кажется, совершенно отмороженная. И чтобы найти к ней подход, мне придется прыгнуть выше собственной головы, раз за разом доказывая ей, что я, в общем-то, неплохой персонаж в ее истории, и мне, в отличие от всех прочих, можно доверять. Черт знает, зачем мне вообще все это было нужно… Я понимал. Все, что так или иначе было связано с ней, рано или поздно начинало мне нравиться. Она сама начинала мне нравиться. * * * — Ну, и чего тебе надо? — лениво тянет Катька, стоит мне поднести трубку к уху. Где-то на заднем фоне громко играет музыка, а звонкий женский голос с усердием выводит что-то в высшей степени зажигательное. Я кое-как натягиваю куртку на изувеченное плечо, собираясь покинуть тренерскую, когда меня застает неожиданный звонок заимевшей совесть сестрицы, решившей отступить от негласного игнора и все же выйти на связь. Мельком оглядываюсь на застывшего у шкафчиков Сашку, неторопливо складывающего рабочий костюм, двигаю аппарат ближе к уху и интересуюсь с преувеличенным спокойствием: — Что за бойкот, мелочь? — О чем ты? — недовольно бурчит сестрица мне в ответ. — Все о том же. Какого хрена с тобой происходит? |