Книга Мир против нас, страница 3 – Юлия Амусина

Она крепко обхватила свое тело холодными ладонями, стараясь унять непрекращающуюся бешеную дрожь, не сознавая толком, что оставляет кровавые следы на одежде. Зубы клацали друг о друга так громко, что, казалось, их стук наглухо перекрывает звуки включенного радио, транслирующего до отвращения неуместную, слишком веселую песню. Невидящим взглядом она смотрела за тем, как щетки стеклоочистителей упрямо воюют с падающими хлопьями почти прозрачного снега. Все воспринималось жутким мрачным сном, который вот-вот должен кончиться. Нужно только подождать.

Подождать…

Неуловимое движение слева – его ладонь нырнула в бардачок, что-то достала оттуда, пихнула Риту в бок твердым предметом.

— Хлебни, – непререкаемым тоном бросил Костя, теперь управлявший автомобилем одной рукой.

Дернувшись от него, Рита неясно помотав головой.

— Пей, – громче приказал он, вновь больно ткнув ее извлеченной из бардачка флягой.

Подчиняясь громкому звуку его голоса, Рита машинально протянула окровавленную ладонь, отвинтила крышку и сделала глоток горькой обжигающей жидкости. Алкоголь опалил пересохшее горло, она закашлялась, из глаз тут же хлынули до этого момента с трудом сдерживаемые слезы. Фляга выскользнула из пальцев, ее содержимое немедленно потекло по сжавшимся ногам девушки. Заметив это, Костя зло выругался, но его слова утонули в невесомом коконе ее разрозненных мыслей.

— Возьми себя в руки, – наконец велел он, мельком глянув на исходящую мелкой дрожью спутницу. – Мне нах** не сдались твои истерики.

— Я ч-чудовище, – пробормотала она одними губами, промокшими от катящихся по щекам слез. – Я убила его. Мы должны вернуться. Вернуться… Сейчас же, слышишь?!

— Уже разворачиваюсь, – огрызнулся Костя, сильнее втопив педаль газа в пол.

Вымученно откинувшись на спинку сиденья, она высоко вздернула подбородок, пытаясь хоть как-то совладать со слезами, перехватить надвигающуюся истерику. Конечно, он не станет ее слушать. Костя не понимает, чтоименно она сейчас чувствует, не может понять. Он другой, слеплен из иного теста, и то, что так близко ей, абсолютно чуждо ему. Он вряд ли решил бы вернуться, если б там осталась лежать она, Рита; собственное благополучие для него всегда было в приоритете, и этого никак не изменить. Макс для него и вовсе посторонний человек. Так легко было оставить его истекать кровью от, быть может, смертельной раны, бросить подыхать без помощи, как бродячую собаку, умыть руки и вверить ответственность за его судьбу провидению, всевышним силам.

Для Кости – легко, а для нее?

Даже теперь в голове смутным эхом перекликался его добродушный, с ленцой, голос:

«Ритка, ну хорош, завязывай уже лапать мои вещи!..»

Макс всегда разговаривал с ней мягче, даже если перед этим вел разговор на повышенных тонах с кем-то еще.

— Вернись, – едва слышно пробормотала Рита, сильнее сцепив окровавленные пальцы, впившись ногтями в мягкую кожу ладоней. – Разверни чертову машину, Костя!

— Прекрати, – он раздраженно поморщился.

— Ты не понимаешь? Мне плевать на твоих врагов, мой друг умирает! – она всхлипнула, неосознанно хватаясь ладонью за дверную ручку. Мельком на нее покосившись, Костя тут же нажал на кнопку, блокирующую все двери. – Мы не оставляем ему ни единого шанса… Так нельзя, нельзя! Я прошу тебя, сделай что-нибудь, помоги ему… Помоги, черт бы тебя побрал! – но Костя, казалось, ее даже не слушал. – Хватит. Останови машину!