Книга Последняя ночь, страница 94 – Юлия Амусина

* * *

Дождь прекратился, но снаружи все еще чувствовалась сырая прохлада, трава была мокрой, а темное озеро, раскинувшееся в нескольких метрах от домика, визуально казалось еще шире. Не раздумывая, я спустилась со скользкого крыльца и, зябко сунув руки подмышки, направилась к маняще поблескивающей в свете уличного фонаря глади воды.

Когда-то мы могли купаться здесь и ночью — барахтались в воде, мокрые, как цыплята, Влад хватал меня за талию, а я с визгом отбивалась, хоть и понимала, что он не станет бросать меня глубоко в воду, зная, что я не слишком сильна в плавании. Иногда с нами бывали Семен и Татьяна, но они никогда не принимали участия в водных забавах, предпочитая лениво сидеть на берегу или заниматься мелкой работой по хозяйству уже непосредственно в доме. А вот Маша, когда приезжала сюда, первым делом прямиком бежала к озеру, нещадно «топила» нас с Владом, причем к брату прилагая наибольшие усилия. Я со смехом замечала, что он умудряется достать не только дражайшую половину, но и маленькую сестренку, на что Машуня с умным видом кивала, а Влад отнекивался, но вяло и больше для вида.

Я думала, что смогла выбросить из головы все вторичные воспоминания, но теперь, оказавшись здесь, поняла, что это чудное местечко имеет свою систему накопительной памяти, и ничего из происходившего тут не может быть забыто; все оживает сразу, стоит только бросить короткий взгляд на прозрачную нетронутую гладь озера или ровно колышущуюся от ветра траву на берегу. Или услышать за своей спиной голос Влада, негромко зовущий меня по имени.

Я беззвучно засмеялась, не спеша отзываться, крепче обхватила свое тело ладонями и подумала о том, что вовсе не хочу никуда отсюда уезжать, тем более возвращаться в свою нынешнюю реальность, где преобладает художественное училище, рисуются бездарные картины, но нет никакого намека на присутствие Владлена. Я остро ощущала, что теперь, стоя на заросшем неухоженном берегу тихого озера, вновь обрела свое место, и мысли о скором возвращении неприятно волновали душу, заставляли ежиться уже не от холода. Мне хотелось, чтобы Влад неслышно подошел сзади, обвил меня согревающими ладонями, тесно прижал к своей груди и тихо сказал что-нибудь приятное, способное вмиг расставить все по своим местам.

Но от Влада такого вряд ли дождешься.

Вздохнув прискорбно, я развернулась с намерением вернуться в дом, и едва не врезалась в бесшумно подошедшего бывшего супруга.

— Черт, ты…

— Напугал?

— Так, немного, — дернула плечом, развернувшись полубоком к озеру.

Влад не двигался и, казалось, вовсе забыл, зачем вообще пришел к берегу.

— Тебе тут нравится?

— Ты же знаешь, — заметила с видимым недовольством.

— Знаю. Я оставлял тебе этот дом, но ты отказалась.

— Влад, — я вскинула голову, глядя прямо в его немигающие поблескивающие глаза. Это твой дом, и…

— И ты не хотела, чтобы тебя что-то связывало с нашими местами, правильно?

— Ты все знаешь лучше меня, — отмахнулась.

— Хотя бы не отрицаешь, — он усмехнулся и встал рядом со мной. Я подумала, что сейчас он точно не упустит возможности притянуть меня к себе, но ошиблась. Досадно. Варь, — позвал негромко, а когда я обратила на него взгляд, выдал лихую улыбку и сообщил: — Я люблю тебя.

— Шутишь? улыбнулась сквозь силу, более чем неестественно растянув губы, крепче сцепив подрагивающие пальцы на окаменевших предплечьях.