Книга Последняя ночь, страница 91 – Юлия Амусина

Но ступор мой длился недолго Влад скользнул ладонью по моему плечу, и тем самым словно помог устранить временное оцепенение; я вскочила, и он вынужден был разжать ладони, позволить мне это сделать. Машинально подхватив с пола его футболку, натянула на себя, и только потом сообразила о своей ошибке, но стаскивать вещь, чтобы искать, а затем облачаться в свое, обещало быть довольно глупым набором лишних телодвижений. Обхватив голову ладонями, я примостилась с краю постели, спиной к Владу; мысли в голове закружились бешеным вихрем.

Не знаю, чего я ожидала… Внутри гудящей от чрезмерной натуги черепной коробки образовался временный вакуум, и сейчас пустоту разорвало на миллионы невидимых частиц необходимостью взять на себя непомерный груз чужих проблем, тесно переплетенных с моими собственными.

Я не была готова к такому, нет.

— Ну, ты заверни еще что-нибудь типа того, что тебе очень жаль и все такое прочее, — спокойно бросил Влад за моей спиной.

— Мне не жаль. Твоя Алена глупая хищная кошка, и это ее проблемы, если будущий супруг падок на все, что движется.

Не отвечая, Влад быстро натянул джинсы (я не оборачивалась, поняла по звуку молнии), приблизился к полке, на которой оставил свой телефон, большим пальцем зажал кнопку включения аппарата, терпеливо ожидая, пока дисплей озарит приветственным светом. Со своего места я зорко следила за тем, как он нажимает какие-то кнопки, подносит аппарат к уху…

— Стой, — порывисто вскочив, оказалась рядом с ним, вытащила телефон из рук несколько растерявшегося Влада и быстро отменила исходящий вызов.

— Какого черта?

— Ты правда хочешь с ней порвать?

— Нет, я так развлекаюсь. Позваниваю ей временами с похожими фортелями, в тонусе держу, чтобы не расслаблялась.

Сказав так, Влад резко выдернул телефон из моей ладони и не глядя швырнул его куда-то к расправленной постели; судя по характерному звуку, промахнулся, и аппарат приземлился точно на пол. Судьба ни в чем не повинного мобильного не озаботила Влада; не обратив на стук никакого внимания, он сделал шаг ко мне ближе.

— Я спокойно отношусь ко всему, что движется, — зло ухмыльнулся, возвращая брошенную ранее неосторожную реплику, больно стиснул мое плечо теплой ладонью. Может, почти ко всему. Но чертовски странно слышать от тебя что-то подобное, учитывая, почему мы разбежались.

— Ты псих, Влад, — устало заявила я.

— Псих, но я не водился с цветными придурками, с ног до головы перемазанными красками.

— Я с такими тоже не водилась.

— Ну да, мы лишнего не помним, верно? Чьему же дружку мне пришлось разукрасить смазливую морду?

— Ты сам себе все придумал, сам же во все поверил. Димка видел мои работы, он лишь предложил мне помочь с учебой в художественном училище. Иногда мы рисовали. Просто рисовали. Черт… почему я вообще должна перед тобой оправдываться?

Он придвинулся совсем близко, так близко, что, казалось, все окружающее нас пространство стремительно сузилось до нескольких размытых квадратных сантиметров, площадь которых занимали только мы вдвоем.

— Может, потому, что тебе не все равно?

Вскинув голову, я бросила на него прямой взгляд, причудливым образом сочетающий беспомощность и вызов одновременно:

— Мне не все равно, нет, — подтвердила негромко, не отводя глаз от его нахмурившегося в ожидании продолжения лица. — Это тебе всегда и на все плевать.