Книга Купеческая дочь за горца не пойдёт, страница 61 – Татьяна Михаль

— Пиявки, – скривилась я. Потом повторила за ним, как попугай: – Ланцеты, скарификатор, кровопускание.

— Лучшее средство от всех болезней, – подтвердил аптекарь. – Доктор Гааз, знаете ли, очень рекомендовал.

Я скрипнула зубами. Доктор Гааз, значит. Фёдор Петрович. Святой доктор, на чью книгу я ссылалась, когда врала Гайдару. И он тоже прописывал кровопускание?! М-да.

— Спасибо, но я, пожалуй, ещё подумаю. А книги по медицине у вас есть?

— Книги – это в книжную лавку, сударыня. Господин Куницын её держит. Это на Александровской улице.

— Благодарю вас.

Я вышла из аптеки с чувством, близким к отчаянию.

Никаких нормальных лекарств, антисептиков, кроме «огненной» воды. Даже элементарного йода и того, скорее всего, нет. Аспир…н появится только через несколько десятков лет. Пениц…н вообще через сто.

Я оказалась во времени, где лучшим средством от заражения считалась молитва и каломель.

— Ладно, без паники, – прошептала я. – Ты знаешь больше, чем все здешние доктора вместе взятые. Главное, не давать никому пустить кровь.

Вторая аптека, на Базарной улице, оказалась примерно такой же. Разве что аптекарь был помоложе и не немец, а грек. Он предложил мне «чудодейственный бальзам из Константинополя» и «мазь от ревматизма на змеином секрете». Я вежливо отказалась и от того, и другого.

Зато книжная лавка господина Куницына меня порадовала.

Здесь было уютно и очень красиво. Хозяином оказался сухонький старичок в бархатном сюртуке, он сразу понял, что я за птица, едва я открыла рот.

— Медицина? Травники? – переспросил он меня чуть удивлённо. – Извольте-с, сударыня. Вот, «Полный русский лечебник» доктора Иогансона. И «Травник» госпожи Марьи Степановны – сие есть редкая книга. Вот ещё «Анатомия для домашнего чтения». И есть ещё гордость моей коллекции – «Хирургия» господина Пирогова. Последнее издание.

— Пирогов?! – воскликнула я. – Беру! Всё беру!

— Всё? – обалдел Куницын. – Сударыня, это так дорого… Вы, верно, учитесь на лекарку?

— Да-да, именно так, – ответила я. – Ещё мне нужны газеты, все номера за год. И журналы, желательно медицинские, если есть.

— Медицинских нет, – развёл он руками. – Но есть «Северная пчела» и «Вестник Пятигорска».

— Беру всё.

Я вышла из книжной лавки, нагруженная, как вьючный мул. В кошельке денег заметно поубавилось, но я была счастлива.

Наконец-то я узнаю, как мне, с моими знаниями из будущего, вписаться в этот мир, не вызвав подозрений.

Я шла по улице, размышляя обо всём этом, как вдруг...

— Разойди-и-и-ись! – раздался отчаянный крик.

Я обернулась и замерла.

Прямо на меня летела тройка лошадей с каретой.

Лошади неслись, как бешеные демоны. Кучер на облучке отчаянно натягивал вожжи, но они его не слушались!

Карета виляла из стороны в сторону, и вот-вот могла перевернуться или врезаться в столб или здание.

Люди на тротуаре с криками разбегались. Женщины визжали, мужчины хватали их и быстро уводили в стороны, а я стояла столбом.

Как дура впала в ступор, который охватывает даже опытных врачей, когда опасность слишком внезапна.

Мозг кричал мне: «Беги-и-и!», но тело не слушалось. Лошади приближались, ещё секунда и...

Кто-то резко толкнул меня в сторону.

Я упала на мостовую, больно ударив локоть. Свёртки с книгами и газетами разлетелись. Шляпка слетела, я вскрикнула и тут же услышала, как лошади дико заржали.