Книга Усадьба с памятью, страница 38 – Аманда Франкон

Удив­ле­ние на ли­це управ­ля­ю­ще­го уже чи­та­лось круп­ны­ми бук­ва­ми, но бес­по­ко­ить­ся ему яв­но бы­ло не о чем, по­то­му что кни­га тут же лег­ла на стол.

— Вот, из­воль­те ви­деть, все в пол­ном по­ряд­ке, – са­мо­до­воль­но улыб­нул­ся ста­рик. – Уж служ­бу свою я знаю.

— Нис­коль­ко не со­мне­ва­юсь в ва­шей чест­но­сти, Вла­ди­мир Ана­то­лье­вич, – по­спе­ши­ла за­ве­рить ста­ри­ка я, по­ка он не взду­мал оби­деть­ся на недо­ве­рие. – Но я преж­де со­всем не ин­те­ре­со­ва­лась де­ла­ми, а ес­ли и смот­ре­ла что, то уже не пом­ню.

Улыб­ка управ­ля­ю­ще­го на миг ис­кренне по­теп­ле­ла, но – все­го на миг.

Я про­ли­ста­ла кни­гу, бег­лым взгля­дом вы­хва­ты­вая са­мые круп­ные сум­мы.

До­хо­да с са­мо­го име­ния сре­ди них не ока­за­лось. По­хо­же, оно про­дол­жа­ло су­ще­ство­вать толь­ко бла­го­да­ря под­держ­ке Иго­ря. Сум­мы ко­то­рой, кста­ти, и ока­за­лись са­мы­ми зна­чи­тель­ны­ми.

Пе­ре­счи­тав их на со­вре­мен­ные день­ги, я при­свист­ну­ла: вы­хо­ди­ли вполне непло­хие день­ги, ко­то­рые тра­ти­лась в ос­нов­ном на под­дер­жа­ние до­ма в от­но­си­тель­но при­лич­ном ви­де. Су­дя по за­пи­сям, да­же боль­шую часть про­дук­тов за­ку­па­ли у со­се­дей. Из го­ро­да для Са­шень­ки за­ка­зы­ва­ли и кое-ка­кие ми­лые ве­щи­цы вро­де то­го сто­ли­ка с от­кид­ной крыш­кой. Ви­ди­мо, что­бы под­дер­жать при­выч­ный ей уро­вень ком­фор­та хо­тя бы в спальне. Од­на­ко ме­бе­ли за по­след­ний год бы­ло за­куп­ле­но ку­да боль­ше, чем мог­ло уме­стить­ся да­же в три мо­их неболь­ших в об­щем-то бу­ду­а­ра. Да и пла­тьев – на че­ты­ре мо­их шка­фа.

— Ку­да все это де­лось? – спро­си­ла я, ука­зы­вая на стро­ки рас­хо­дов.

Управ­ля­ю­щий сно­ва сблед­нул.

— Так вы же са­ми, Алек­сандра Кон­стан­ти­нов­на, ве­ле­ли ло­мать и вы­бра­сы­вать. Пла­тья ре­за­ли и в печь бро­са­ли, – про­мям­лил он.

Да неуже­ли?

— Хоть убей­те, Вла­ди­мир Ана­то­лье­вич, я это­го не пом­ню, – улыб­ну­лась я.

Управ­ля­ю­щий вздрог­нул. По­до­зри­тель­но! Уж не он ли лич­но Са­шень­ку кам­нем по го­ло­ве при­ло­жил?

Я при­ку­си­ла язык: осто­рож­нее на­до быть в вы­ра­же­ни­ях. В сво­ем ми­ре я мог­ла гор­дить­ся пря­мо­той ха­рак­те­ра, здесь же это ско­рее недо­ста­ток, в мо­ем слу­чае еще и опас­ный.

— Да как же не помни­те? Вы ведь кри­ча­ли еще, что… – он за­пнул­ся, сглот­нул и за­мол­чал.

— Что кри­ча­ла? – с на­жи­мом спро­си­ла я. – Я то­гда сво­им сло­вам бы­ла не хо­зяй­ка, от­ве­чай­те.

— Го­во­ри­ли, что раз су­пруг ваш по­же­лал взять вас в же­ны, то пусть… “рас­ко­ше­ли­ва­ет­ся”, – по­след­нее сло­во он вы­да­вил из се­бя с за­мет­ным тру­дом.

Я вздох­ну­ла, при­кры­ла гла­за и по­тер­ла паль­ца­ми вис­ки. Лоб об­ру­чем сда­ви­ла боль.

Да уж… ес­ли все прав­да про­ис­хо­ди­ло имен­но так, то я воз­мож­но на­чи­наю по­ни­мать му­жа Са­шень­ки. Ему ведь на­вер­ня­ка до­кла­ды­ва­ли обо всем, что про­ис­хо­дит в до­ме. Тот же управ­ля­ю­щий, а мо­жет и Гла­фи­ра Ни­ки­тич­на. Но что ес­ли не со­всем так? Я то не пом­ню. Вос­по­ми­на­ния воз­вра­ща­ют­ся лишь в тот мо­мент, ко­гда я при­ка­са­юсь к по­чи­нен­ным ве­щам, а то­го иму­ще­ства, о ко­то­ром мы го­во­рим, уже нет. Да­же об­лом­ков. Хо­тя на­до бы у Ни­ки­ты спро­сить. Мо­жет, хоть слу­гам хва­та­ло ума что-то от­ло­жить на бу­ду­щее. То, что не со­всем ис­пор­че­но и мож­но пу­стить на ме­бель для се­бя или еще на ка­кие-ни­будь нуж­ды?