Книга Корни, уходящие в вечность, страница 39 – Наталья Штефан

Потом закрыла лицо ладонями и заплакала.

Не тихо, как плакала все эти годы. А навзрыд.

К ней подбежала Шура.

— Мама… Мамочка… Победа!

Галина обняла дочерей. Крепко.

Так крепко, словно боялась снова кого-то потерять.

— Слава Богу… Кончилась…

Но через мгновение её взгляд сам собой поднялся к окну.

Там, на стене, висели фотографии Андрея и Филиппа.

Два молодых офицера смотрели на неё так же, как и прежде.

— Слышите, сынки? — едва слышно сказала она. — Мы победили…

И снова заплакала.

Потому что в этот день особенно остро почувствовала: Победа пришла.

А её мальчики — нет.

Вечером Галя с дочерьми собрались за столом.

На столе был свежий хлеб, картошка, молоко.

Самая простая еда.

Но в тот день она казалась праздничной.

Никто не говорил громко.

Все понимали: радость и горе могут жить рядом.

Победа пришла в каждый дом.

Но не в каждый дом она вернула сыновей.

И, наверное, именно поэтому День Победы навсегда стал самым светлым и самым горьким праздником для семьи Штыфановых.

Они радовались окончанию войны.

Они благодарили Бога за то, что живыми остались Игнат и Иван.

Но в душе каждого навсегда осталось место для двух молодых братьев — Андрея и Филиппа, которые сделали всё, чтобы этот день всё-таки наступил. День Победы для семьи Штыфановых всегда был самым главным праздником. Самым дорогим. Самым священным.

В этот день в доме не звучали громкие разговоры. Радость Победы навсегда переплелась с болью утраты.

Галина с самого утра накрывала стол, доставала праздничную скатерть, но, взглянув на фотографии сыновей, всегда украдкой смахивала слезу. Она так и не смогла привыкнуть к мысли, что Андрей и Филипп уже никогда не переступят порог родного дома.

Игнат Фомич в этот день становился особенно молчаливым. Когда по радио звучали слова о Победе или по улице проходили праздничные колонны, он снимал шапку и долго стоял, опустив голову. Так он отдавал дань памяти своим сыновьям, боевым товарищам и всем, кто остался лежать на полях войны.

Над их кроватью висели два портрета.

Андрей.

Филипп.

Два молодых, красивых офицера, которым было не суждено состариться.

Игнат почти никогда не рассказывал о войне. Слишком дорогой ценой досталась ему Победа. Он редко вспоминал фронт, но ещё реже говорил о сыновьях. Не потому, что забыл. Наоборот — потому что память о них жила в нём слишком глубоко. Каждое воспоминание вновь открывало старую рану.

Трудно даже представить, что пережили родители, получившие две похоронки. Как нашли в себе силы жить дальше. Работать. Поднимать детей. Радоваться рождению внуков. Как научились скрывать свою боль за спокойными словами, за доброй улыбкой и ежедневными заботами.

И каждый День Победы вся семья чувствовала эту боль вместе с ними.

Она жила в слезе, которую незаметно вытирала Галина.

В снятой шапке Игната.

В пожелтевших фотографиях на стене.

В долгом молчании за праздничным столом.

Для Штыфановых День Победы был не просто государственным праздником.

Это был день памяти о тех, кто не вернулся.

День благодарности тем, кто выстоял.

И день великой семейной любви, которая оказалась сильнее войны, времени и смерти.

Пока в доме бережно хранили фотографии Андрея и Филиппа, пока их имена произносили с любовью, они продолжали жить — в памяти своих родителей, детей, внуков и правнуков. Именно в этом и заключалась настоящая сила семьи Штыфановых.