Онлайн книга «Телохранительница Его Темнейшества, Феникс Тринадцатого клана»
|
Тетради! Я подскочила как ошпаренная, согнала зверушек и чуть не взвыла: листки тетрадей с лекциями, которые писал мне весь курс, пока заживало мое ребро, были девственно чисты. Все чернила сожрали, заразы! — Ну вот за что, вредины? – всхлипнула я. – И что, вообще, за невезуха? Даже с кабаком облом! В Академии оставили, и на том спасибо. А завтра еще куратор по шее накостыляет из-за вас! Шею уже ломило заранее. Я подняла руку – помассировать затвердевшие мышцы, наткнулась на металл и только тогда вспомнила о свалившемся на меня сказочном богатстве! Ожерелье! Так. Где тут зеркало? Я поставила его на подоконник – так, чтобы лунный свет падал на меня. Селенис озарился, вбирая в себя лунные лучи. Зеркало отразило сияние, и камень вспыхнул маленькой луной, переливающейся нежными оттенками, зажглось и изумрудно-сапфировое созвездие, замерцало золото сплетенных в вязь древних рун. И мои глаза тоже вспыхнули восторгом. Дивный свет связал небесную луну, драгоценность в украшении и ее отражение в зеркале, создавая тройной мост без помощи верховной жрицы. — О богиня! – прошептала я. Мое отражение в зеркале таяло в перламутровых лучах, в мириадах бликов, и сквозь него проступил прекрасный лик богини с семью селенисами в ожерелье на шее. Сияние усилилось, оно струилось уже из зеркала, ставшего как луна. Богиня улыбнулась: — Я слышу тебя, младшая жрица Аэлика. Говори. Я рассказала ей о кинжалах и о том, что произошло с владыкой, но на вопрос, как ему помочь, Лойт безмятежно ответила: — Зачем? Сатарф лишен могущества, и это радость для нас. Тем легче он пойдет на союз, чтобы выжить. Ты забыла свою задачу, Аэлика? — Я помню, госпожа. Позволь мне поговорить с Эльдой. Ладонь богини легла на самый крупный селенис в ожерелье. Ее чудные, изменчивые глаза, то цвета золота, то янтаря, то темневшие, как ночное беззвездное небо, на миг затуманились. Потом она лукаво улыбнулась. — Твоя мать сейчас немного занята, дитя. Позже… Тихий стук в дверь заставил ее замолчать. — Ты не спишь, Лика? – негромко спросил владыка. – Я услышал твой голос. Позволишь войти? Я потянулась закрыть свой селенис и разрушить связующий лунный мост, но богиня остановила: — Оставь. Впусти его. А он уже сам входил, и запертая на ключ дверь не остановила. Просто возник из тени и поднял бровь, оценив происходящее. — Что я вижу! Запрещенную в моей стране магию сельо! Надеюсь, я помешал вам, девочки? Ресницы богини изумленно взлетели, а через миг она рассмеялась: — Ты ли это, Сат? Что случилось с твоим глазиком? Соринка попала? — Не переживай за меня, Лойт, – владыка поправил черную повязку, закрывшую пустую глазницу. Наверняка у Кикируси раздобыл. – Я и одним глазом увижу больше, чем ты двумя. Кто же не знает, что твои прекрасные глазки слепы от рождения. — Ты как всегда любезен, – сжались губы Лойт. — И правдив, ты забыла сказать. Итак, зачем ты подослала ко мне свою маленькую шпионку? – владыка подошел сзади, положил ладони на спинку стула, склонился над моим плечом, и в зеркале отразилась яркая синяя звезда его ока – точно между бровей богини. — Аэлика уже все тебе рассказала, Сат. Что ты еще хочешь услышать? — Видишь ли, Лойт… Впрочем, ты же ничего не видишь, как я мог забыть… Но я опишу тебе, как вижу нашу ситуацию. После того, как в моей стране был запрещен твой варварский культ и разрушены лунные храмы, а заодно запрещены прочие бордели, ты упорно стремишься отвоевать прежние позиции. Такой бизнес пропал! Такая власть! Вернуться ты можешь, либо совершив переворот, либо подсунув в постель владыки свою шлю… э-э… жрицу. Ты самолично охотилась на моего отца, твои прекрасные, надо отдать должное, жрицы – на меня, а теперь, когда со мной не вышло, принялись за моего повзрослевшего наследника. Аэлика появляется и эффектно громит Академию как раз накануне смотра невест. Дьяр мчится выяснять обстоятельства, и девочка, уже знакомая с моей дочерью… это ведь ты устроила тогда их встречу, Лойт? Ты! Раз не вытащила сразу малышку из плена, подождала, пока она пропитается ненавистью. |