Книга Три звезды Форгетона, страница 43 – Настя О

— Пахнуть не будет — а утром смотаешься к себе за заменой, — авторитетно заявил сын.

И Двайр важно кивнул ему, соглашаясь. Все-таки нужно учиться находить со старшим общий язык. А уж когда Лешка отвел его в комнату бабушки и достал из шкафа ту самую простынь, которая на деле оказалась большим куском ткани, Двайр и вовсе умилился. Он завернул эту штуку вокруг пояса несколько раз, и Леша весело хмыкнул:

— Мама в обморок упадет, когда увидит.

Двайр тихо пожурил его:

— Не хватало только маме сознание потерять от моей непревзойденной красоты.

Лешка аж хрюкнул от удовольствия:

— Не угадал ни разу. У бабули все лежит уголочек к уголочку. Мама так положить обратно не сможет. Ба вернется — шороху будет! А я посмотрю, как ты станешь отбиваться.

Двайр вздохнул, молча переваривая подножку от сына, и все равно поблагодарил.

— Заодно и с бабушкой познакомимся.

Не хотелось делать победу старшего совсем уж полной. К тому же, бабушка ведь могла поддаваться его влиянию. Если, конечно, не обладала теми же секретными техниками, что и Ирина Витальевна. При этой мысли Двайр вздрогнул: не к месту он помянул бывшую классную Лешки! И нынешнюю няню. Для всех них, пожалуй.

Чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о странной пожилой землянке, Двайр отправился обратно в большую комнату. Там он и застал умилительную картину: Дуся оказалась настолько продуманной мстительницей, что сразу же заняла место, на котором он собирался заночевать. Потрясенный Жорик со шкафа сверкал на него оскорбленными глазами. По всему выходило, что фильдибурс тоже не ожидал настолько изощренной мести.

Недолго думая, Двайр подошел к креслу и аккуратно взял Дусю на руки. За что почти сразу же и поплатился: кошка выпустила когти ему в ладонь. С укоризной глянув на пушистую воительницу, Двайр, тем не менее, вместе с ней на руках уселся обратно в кресло. А Дуся, как ни в чем не бывало, улеглась на его коленях и продолжила дремать.

Кажется, все самое худшее осталось позади. А с бабушкой они уж как-нибудь разберутся.

Наверное, знай Двайр, чем обернется его наивная мысль, подумал бы тысячу раз, прежде чем засыпать в бабушкиной простыни. Но Двайр был слишком позитивен, а потому быстро уснул.

* * *

Когда в замке повернулся ключ, я подумала, что ослышалась. Открыла один глаз, проверила, что на улице все еще темно, и продолжила спать дальше. Когда в прихожей что-то загромыхало, я вообще не придала этому значения. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что Дуся решила провести очередной утренний рейд по вещам.

Проснулась я только тогда, когда над ухом прозвучал изумленный мамин голос:

— Нет, я все понимаю… отец-пришелец, традиций наших не знает, филина дикого притащил… но чтобы спать в кошачьем кресле, прикрывая моей простыней самое дорогое — это перебор!

Вот тут-то в голове и щелкнуло: мама вернулась! Дети рядом завозились, и я мимоходом отметила, что на самом деле сейчас не так рано, как я думала. Иначе Машу с Мишей было бы не добудиться.

Я резко села на диване, отмечая, что Двайр уютно устроился на кресле с Жориком и Дусей и еще, похоже, не проснулся. Зато Лешка с ну очень ехидным выражением лица выглядывал из-за двери и смотрел то на бабушку, то на простыню, которой действительно были обмотаны бедра Двайра. Все ясно, точно был замешан и надеялся именно на такой результат. Ну, ничего, с ним попозже разберемся. Сейчас нужно было утихомирить огнедышащего дракона.