Книга Долгая сказка на ночь, страница 109 – Настя О

— Когда решим провести обряд, наследник будет самым желанным гостем.

— Как хорошо все складывается! – рыкнул дракон. – Нам осталось только поговорить с людьми и восстановить былой мир.

— Боюсь, не выйдет, Хардрагор, – погрустнел Ваня. – Нам доложили перед самым вашим возвращением, что король Гарот разгневан спешным отъездом Ключа и разрушенным подземельем. То, что Хардрагор не посчитал нужным хотя бы поздороваться, король посчитал неуважением и разъярился еще больше. В общем, он собрал войско, чтобы отвоевать Майю у зверей. И поведет это войско сам принц Занн.

Руки Мастера на моей талии сжались. Плохой знак. Но меня начало трясти от слов Вани не меньше.

— Они в этом подземелье чуть не убили Эль–Сириана! – воскликнула я в сердцах. – Я призвала к себе полуживого Мастера, который чудом избежал смерти!

— Я жив, Майя, и не стоит больше вспоминать о прошлом, – дыхание Эля ласково щекотало короткие волоски на шее. – Гораздо хуже сейчас совсем другое.

— Что может быть хуже твоей хвори? – не желая успокаиваться, я всплеснула руками. Панденыш, привыкший к удобству, с шипением полетел на землю. – Прости, Мань, – покаялась я, но ответом послужили только вознесенные к небу глазенки. Они как бы говорили: «Чего еще ждать от этого Ключа?»

— Занн во главе войска Гарота, – вздохнул Мастер. – Вы знаете, чем славится принц как военачальник?

— Мы надеемся, Мастер расскажет нам об этом, – дипломатично отозвался Мань.

Эль–Сириан встал рядом со мной:

— Он не проиграл ни одной битвы, случившейся у Рамбьеля из–за стычек с соседними государствами. Если его посылали на зачистку восстаний, он непременно возвращался победителем. Его уважают – но уважают как военного, который прокладывает себе путь по отрубленным человеческим головам.

— С чем это связано? – я боялась услышать ответа Мастера. Просто картина схлестнувшихся людей и животных тотчас предстала перед глазами.

— У Занна есть зачарованный клинок, который тот закалял в крови. Когда принц видит свою жертву, ему достаточно направить меч в сторону, где она находится. В тот момент победа уже в руках Занна: меч летит к противнику и пронзает сердце.

— Его даже твоя магия не остановит? – ужаснувшись, пролепетала я.

— Моя магия остановит все, что решит навредить тебе, – Мастер одарил меня тяжелым взглядом, – но если Занн решит убить дракона, ему это ничего не будет стоить.

— Наследник остается в драконьих горах, – вынес вердикт Хардрагор. Все были с ним солидарны.

— Хардрагор должен послать клич всем способным на борьбу животным, – выдал Мань авторитетно. – К людям должны выйти все.

— Что, и даже собачки? – вспомнила я алмазных песиков.

— У них должок перед нами, – вторил панденышу Хардрагор. – Пусть его и отработают.

Весь день прошел в донесениях о готовности звериных отрядов. Царство зверей собиралось выступить единым слаженным фронтом, все прошлые обиды и недопонимания были позабыты под гнетом наступающей беды. Я чувствовала себя виноватой и положившей начало большому кровопролитному сражению, которое нам предстояло, и, кажется, Мастер мои сомнения ощущал, как никто другой. Но вместо слов утешения он крепко держал мою руку и ни на минуту не оставлял одну. А вечером, когда мы готовились ко сну и нам, как ни странно, выделили небольшую пещеру с одним ложем, сделанным из мягкого основания и красивых простыней с одеялом и подушками (наверняка Махони постаралась!), Мастер притянул меня к себе, целуя в волосы и с удовольствием вдыхая их запах. Рядом с ним я поневоле расслаблялась и начинала верить в то, что все непременно будет хорошо.