Книга В объятиях его одержимости, страница 113 – Нина Северова

— Я соскучился, — Тимур встаёт на колени и приподнимает мою футболку. Целует низ живота, обводит языком пупок, поднимается к груди. Тело реагирует на него так, что я сразу превращаюсь в пластилин.

— Тимур, — ловлю его руки, — Я хочу сначала поговорить.

Мужчина поднимает на меня поплывший взгляд, облизывается.

— Значит, сладкое отменяется?

— Нет, но есть кое-что лучше, — тяну его на себя.

— Это вряд ли, — вздыхает, но поднимается.

Проходим в спальню, Тимур переодевается в домашнюю одежду. Пока он моет руки, я достаю снимок УЗИ. Как это волнительно.

— Ну, рассказывай, что случилось? — садится на кровать, тянет меня к себе. Обнимаю его руками и ногами как коала. В таком положении сидим и я собираюсь с мыслями.

— Арина, — напоминает о себе.

— Я беременна, Тимур. Была сегодня на УЗИ, — тянусь к тумбочке, — Эта горошина — наш ребёнок.

Показываю пальцем на точку и смотрю на Тимура. Он сначала бледнеет, потом кусает нижнюю губу до крови. Руки, которые меня обнимают — дрожат. По виску стекает капелька пота.

— Ты будешь папой, Тимур, — целую в щеку. Даю ему время осознать.

Мужчина молчит, кладет руку мне на живот, замирает. Убирает пальцы, будто боится прикасаться.

— Это наш… ребёнок, — выдыхает.

— Да, наш ребёнок, — улыбаюсь.

Тимур кивает, опускает голову и плачет. Прижимает меня к себе, упирается лбом в плечо. Я знаю, что он рад и очень этого хотел. Но ему сложно совладать с эмоциями, ему просто страшно.

— Спасибо, — целует в губы. — Я буду отцом, блядь, я буду отцом, — смеётся, а слёзы всё капают.

— Ты будешь прекрасным папой, я не сомневаюсь даже, — глажу его по волосам.

— А это мальчик или девочка?

— Ещё рано, но на определение пола пойдем вместе, — встаю на ноги.

— А можно? — вытирает глаза.

— Конечно, можно. Многие пары ходят вместе на УЗИ. Но рожать я пойду сама, прости, но тебя не возьму с собой.

Тимур смеётся и качает головой.

— Не то, чтобы у тебя есть выбор, девочка моя, — идёт за мной на кухню.

Ну-ну, просто мы ещё не дожили до этого момента. Предполагаю, что там надо будет не за мной следить, а его откачивать.

Раскладываю роллы по тарелкам, достаю палочки. Тимур садится за стол и тянет меня за руку. Поднимает футболку и осторожно целует живот. Трётся носом, что-то шепчет. Мой нежный муж, какой же ты любимый.

— Теперь никакого секса, да? — гладит живот и опускает футболку.

— Почему? Всё можно, только не жёстко, — сажусь на стул.

— Уверена?

— Да, как врач тебе говорю, — смеюсь.

— Хорошо, тогда начнем всё-таки с десерта, — хватает меня на руки и уносит в спальню.

Что за человек?

Мой. Только для меня.

Беременность Арины проходила легко. Для нее. Я же весь был на нервах и чем ближе становились роды, тем я сильнее сходил с ума.

Арина не капризничала, не просила привезти асфальт понюхать или дыню под новый год. Но это не мешало мне психовать, когда она что-то хотела, а я прямо сейчас не мог этого дать.

Миша заколебал меня подъёбывать, что я сам как девка беременная. Но эти тупые шутки длились недолго, пока три месяца назад Алёна не забеременела. И вот тогда Миша понял весь пиздец этого периода. Потому что у Алёны был дикий токсикоз и ее выворачивало просто от любой еды и запаха.

Как мы и хотели с Мишаней, отошли от дел до рождения детей. Это было пиздец как важно. Я хотел взять своего ребенка на руки как обычный человек, а не как Абай. Пупс на УЗИ так и не показал, что у него получилось между ног, поэтому мы до сих пор не знаем, кто там. Мне неважно, я одинаково боюсь, нервничаю и люблю этого малыша. Моего, нашего ребёнка.