Книга Шепот кружевных берез, страница 124 – Людмила Мартова

— Может, никак? – предположил Зимин.

— Нет, так не бывает у психопатов. Все события должны подчиняться жесткой логике и той самой сверхидее, что им движет. Итак, он минимум трижды убил, но не только. Все три раза он попытался сделать так, чтобы подозрение пало на объект его болезненной фиксации. Смотри, поджог квартиры Рощиных сделан спичками Мещерского, и тот много лет думал, что это он совершил убийство, за которое его просто не осудили.

— Да, и именно Лесников поддерживает в нем эту уверенность, потому что об этом говорит, – подтвердил Зимин.

— Вот именно. Идем дальше. За убийство Крайневых Мещерский отсидел в колонии четыре года и до сих пор не может себя простить. Так что в этом случае план сработал полностью. Повесить на него убийство Королевой помешал случай. Чуешь, к чему я клоню?

— Не совсем, – признал Зимин.

— Да к тому, что если сегодня ночью он снова решится на убийство, на которое ты его спровоцировал, то он опять попытается подставить именно Мещерского. Заявится к нему в дом под каким-то предлогом, подпоит скополамином, схема-то привычная, а потом приведет к трупу с ножом в руках. Он же уже так делал, и у него прокатило.

— Делал, – медленно согласился Зимин. – И в Туле, во время пожара, и в Рощино, во время убийства Крайневых, и в Вологде, когда убили Никонова. То есть ты хочешь сказать, что ловить его на живца надо не на Зою, а на Мещерского, которого он должен перед убийством успеть опоить отравой?

— Конечно, иначе все это не имеет никакого значения. Никакая Зоя не нужна ему сама по себе. То есть он обязательно попробует устранить исходящую от нее угрозу, но только подставив при этом Мещерского. Сначала он появится у него, а уже потом, когда тот будет под действием препарата, как-то приведет на место убийства. Ну, или заманит Зою к тому в дом.

— Спасибо, Стас, – искренне поблагодарил Зимин. – Сейчас я подумаю, что можно сделать с учетом твоих вводных.

— Они очень приблизительные, – еще раз напомнил Крушельницкий. – Я ведь не все знаю.

Положив трубку, Зимин быстро пересказал разговор Снежане.

— Мы слишком рано вывели Владимира за скобки нашего уравнения, – сказал он. – Мы сделаем вот что, ты возвращайся в номер, запрись и сиди там, а я пойду к Мещерскому, чтобы его предупредить. Если Лесников начнет с Зои, то там Уваров. А если с Мещерского, то там его встречу я.

— Я не оставлю тебя одного, – упрямо заявила Снежана. – Даже и не мечтай. Я пойду к Мещерскому с тобой.

— Это может быть опасно.

— Не опаснее, чем Зое. В конце концов, предупрежден, значит, вооружен. Вы с Мещерским вдвоем вполне справитесь. А если что, мы с Лизой вам поможем. Ты не забыл же, что Глинская тоже там?

Черт, в доме Мещерского находилась Елизавета Глинская. Он про это действительно забыл. А преступник? Как он собирается выйти из положения? Опоит своим зельем обоих?

Погруженный в тяжелые мысли, Зимин быстро шел по дорожке, ведущей в рощу. Конечно, время еще оставалось. Никто не совершает убийство в десять часов вечера, когда санаторий еще не спит. Но береженого бог бережет. Лесникова нужно опередить. Снежана, Зимин слышал, шла вслед за ним. Ну и пусть. Уж жену он точно сможет уберечь, и горе Лесникову, если он во второй раз посмеет поднять на нее руку.

Он достал телефон, позвонил Уварову и коротко согласовал действия, которые собирался предпринять. Пока он разговаривал, тропинка из парковой перешла в лесную. Ветви берез сомкнулись у Зимина над головой. Наступающая на пятки апрельская ночь дышала сыростью и остатками талого снега. В березовой роще царила странная напряженная тишина, даже птицы затихли, словно природа предчувствовала очередную скорую беду.