Онлайн книга «Со льдом»
|
После окончания учебы их пути разошлись. Мортен раздирался между работой в отделе расследований и маленькой дочкой, Харди же сфокусировался на более денежном и престижном корпоративном праве. Встречи стали редкими, а потом и вовсе сошли на нет. Но контакта они не теряли. И иногда Реннинг по старой памяти консультировал Соренсена в делах, связанных с экономическими преступлениями. Харди взял трубку после третьего гудка. — Мортен, – раздался из динамиков низкий бас. – Сколько лет, сколько зим! Как жизнь? Слышал, тебя перевели из Осло. Ну и где ты сейчас? Он коротко ввел друга в курс дела, пересказав свой конфликт с «Сольстранд инвест» и подозрительную активность девелопера в Скардвике. Трубка ненадолго замолчала. Мортен ждал. — М-да, – глубокомысленно изрек Харди спустя почти минуту тишины. Соренсен хмыкнул. — Это все, что ты можешь сказать? — А что ты хочешь услышать? Строить гостиницы и брать подряд на реставрацию старых особняков в Норвегии пока не запрещено. — Думаешь, там все чисто? — Понятия не имею. Но если настаиваешь, могу пробить их по базам. Тебя интересует какая-то конкретная сделка? — Все, что касается Скардвика. И особенно если второй стороной выступает благотворительный фонд «Нордлиг Арв». Я успел сфотографировать пару страниц из сметы на реставрацию, могу переслать тебе. Только это строго между нами. Трубка ответила понимающим смешком. — Узнаю старину Мортена. Опять суешь нос куда не следует? Соренсен криво улыбнулся, пусть Харди и не мог этого увидеть. — Как всегда. Как всегда. * * * Они еще немного поговорили, обсудив общих знакомых, новый брак Фредерики, предстоящую командировку Харди в Лос-Анджелес и особенности северного климата. На документы, присланные Мортеном, Реннинг отреагировал сдержанно, сообщив, что на первый взгляд никаких нарушений не видит, но обещает проверить, раз чутье не дает Соренсену покоя. После чего отключился, оставив после себя неопределенность и смутную зависть к чужому успеху. Мортен отложил телефон и притянул к себе папку, переданную Сигрид. «Что я делаю? – вдруг тоскливо пронеслось в голове. – Копаюсь в личных делах тринадцатилетней давности, фотографирую сметы на капитальный ремонт, гоняюсь за приезжими блогерами. И ничего из этого ни на сантиметр не приближает к разгадке таинственных убийств, лишь сильнее запутывая дело и уводя от сути. Я будто примеряю частички пазла так и этак, но картинка не складывается, потому что половина деталей совсем из другой мозаики. А может, даже не половина, а все сразу и убийца на самом деле Виго Хауге, которого прикрывает жена». Похоже, это был тупик. Ощущение было такое, будто Мортену поручили сложить слово «вечность», но вместо холодных стекляшек выдали три кубика, рассохшуюся деревяшку и ворох бумажной мишуры. Безнадежно. Но что еще оставалось? В висках закололо. Мортен потянулся к чемодану, доставая купленную вчера бутылку виски. Он открутил крышку и подтянул к себе первое дело. Ночь обещала быть очень, очень долгой. * * * «Э. С. Три года. Изъята из семьи… Почему о родителях ни слова? Где характеристика?.. Отправлена в центр помощи детям в кризисной ситуации… февраля… Передана под опеку Ф. О… марта…» — М-меньше месяца. Она провела в приюте меньше месяца, это вообще законно? |