Книга Мир с честью. Война с честью. Размышление об обычае войны, страница 6 – Алан Александр Милн

Пусть будет ясно: под честью я имею в виду внутреннюю твердость души. Я не имею в виду престиж или ту искусственную гордость, которой люди чести приносили кровавые жертвы на дуэлях. Эта гордость, этот престиж питаются извне, и только извне им может быть нанесен ущерб. Честь же находится внутри, и только ее хранитель может ей навредить. Заботься государство о своей чести, оно заботилась бы о том, что находится в его собственной власти и что не может поставить под сомнение ни одно другое государство. Если же государство заботится о своем престиже, значит, оно заботится о том, что находится в чужой власти. Война может понадобиться ради престижа, но никогда – ради чести.

Как я сказал, государство показывает, что чести у него нет, уже тем, что не готово рисковать существованием во имя идеала, как поступил бы человек чести. Практически в ту же секунду, когда я писал эти строки, моя страна решила их проиллюстрировать. Было объявлено (как раз ко Дню перемирия), что вместо двух крейсеров водоизмещением в восемь тысяч тонн будут построены два крейсера водоизмещением в десять тысяч тонн, чтобы не отстать от военно-морских программ Америки и Японии. Давайте внимательно присмотримся к этой новости.

С Америкой у нас мир. С Японией тоже мир. В последнюю войну эти страны были нашими союзниками. Невозможно себе представить, что мы когда-нибудь будем воевать с Америкой. Но можно допустить, что случится война с некогда союзной Японией. Срок службы крейсеров недолог: они быстро устаревают. Допустим, за время службы двух этих крейсеров начнется война с Японией. Гипотетически война может быть проиграна из-за отсутствия этих двух крейсеров. Мы также могли бы проиграть войну не из-за отсутствия крейсеров, а из-за небольшой разницы в их водоизмещении. Все это вполне можно представить.

Но какова вероятность, что все эти чисто гипотетические события произойдут все вместе друг за другом? Каков шанс, что в течение срока службы этих двух крейсеров между двумя союзниками разгорится война? И что одна из сторон проиграет из-за недостаточного водоизмещения этих крейсеров? Один из ста? Один из тысячи? Один на миллион? Каждый может предложить свой вариант. Но все мы согласимся, что риск такого развития событий чрезвычайно мал. Англия постоянно провозглашает, что следует идеалу Мира, который, по мнению правительства, может быть достигнут путем ограничения вооружений. И все же она не готова пойти даже на незначительный «риск смерти», чтобы хоть сколько-то приблизиться к этому идеалу.

Или вот еще:

Несколько месяцев назад Китай и Япония находились в состоянии войны. Пока Англия выступала в Женеве с осуждением этой войны, английские граждане занимались экспортом вооружения обеим сторонам конфликта. По-видимому, тут пострадало чувство юмора Англии, а не чувство ее чести. Благородно введя эмбарго на экспорт оружия, она подала другим странам яркий пример самопожертвования во имя Мира. Но когда другие страны ее примеру не последовали, и стало понятно, что придется пойти на реальную жертву, Англия поспешно отменила эмбарго. Своим гражданам она позволила поставлять вооружение обеим сторонам конфликта, который сама же и осудила.

Достойные мужчины и женщины так себя не ведут. Человек чести, имеющий денег больше, чем ему нужно, не отказывает бедняку, потому что есть один шанс из тысячи (а он, конечно, есть) обеднеть ему самому. Он воздерживается от торговли опиумом вне зависимости от того, воздержатся ли от нее все его конкуренты.