Книга Кризис Ж, страница 124 – Евгения Батурина

Серенький Волчок, Серенький Волчок, укрылся одеялком – и молчок!

Стрельбищенский переулок, 21 октября, за 9 дней до новоселья

— Это я сделал под себя! – гордо сказал Аркадий, хозяин двухкомнатной квартиры в Стрельбищенском переулке. – Я тут все под себя делал! И вообще все под себя везде делаю!

Мы с папой и сестрой Антониной со значением кивали.

— Прекрасная реклама, – не выдержала сестра.

— Еще бы! – подтвердил Аркадий. – Мужику что самое главное? Чтоб руки откуда надо росли. Вот папка ваш соврать не даст.

«Папка» внимательно рассматривал семь разномастных выключателей, которые располагались на стене вдоль кровати на разном расстоянии от пола – какие-то выше, какие-то ниже. Над кроватью угрожающе нависал ядовито-розовый полог с золотистыми кистями.

— А зачем столько выключателей? – поинтересовалась я.

— Пойдемте в ванную, – позвал Аркадий. – Там у меня джакузи. Вчетвером можно поместиться!

И воззрился нас, как мне показалось, с надеждой. Мы с Антониной переглянулись, а папа невозмутимо щелкал выключателями. Сработал только один – самый скромный, на уровне пола.

Джакузи в ванной разместился на малахитовом постаменте. Две ступеньки – и вот ты уже восседаешь в монументальной ванне, а над головой у тебя сверкает огромное золотое панно с двенадцатью знаками Зодиака.

— Вот я, например, Козерог. Под Козерогом и сидел всегда, вот тут. А вы наверняка Скорпион? – прищурился Аркадий, глядя на меня оценивающе. – Видно скорпионью натуру.

— Не угадали, – говорю, – Телец.

— А Тельца из этого угла хорошо видно, – тут же нашелся Козерог-Аркадий и, перегнувшись, похлопал своей рукой по дальней ручке джакузи. – А вы, рыженькая, кто будете?

— Рыбы, – созналась Антонина.

— Ужас! – испугался хозяин. – Но зато у вас интуиция хорошая. Пойдемте полюбуемся туалетом!

Мы чуть отстали от Аркадия, делая вид, будто оглядываем раковину, и сестра шепнула мне:

— Моя интуиция подсказывает, что унитаз тоже золотой. А еще – что ты не смотрела фото квартиры, прежде чем сюда ехать.

— Да у него только кухня была на фотографиях, – оправдывалась я. – И пометка «скоро появятся другие фото». А кухня классная, черно-белая… спокойная такая!

— Видимо, ее он делал под кого-то другого.

Аркадий тем временем погрустнел, остановился перед дверью в туалет и, будто подтверждая мысль интуита-Антонины, вздохнул:

— Жалко, конечно, с Нинкой разводиться. Это жена моя. Но хоть человеком себя почувствую. А то вот на кухне пришлось ремонт делать по ее хотению – ей же готовить, не мне. И что – ни красоты, ни стиля, стыдно жильцам показывать. Эх, Рыбы! Что вы понимаете!

И Аркадий, недобро зыркнув в сторону Антонины, открыл дверь и царственно указал рукой на унитаз. Золотым он не был. Зато сиденье сверкало и переливалось – оно оказалось ярко-лиловым, с блестками.

— Вот! – произнес Аркадий претенциозно. – Здесь – все под себя!

Показ завершился нескоро – хозяин не желал нас отпускать, все рассказывал о своей жизни, о Нинке, делился знаниями из области астрологии и норовил дать пару полезных советов. На прощанье наклонился ко мне, понизил голос:

— Если решитесь, натальная карта от меня бесплатно. Вам в мужья нужен Рак, точно говорю.

Мы вышли на улицу, папа почесал нос: «Мда-а». Просмотр квартир действительно не задался. Астроаркадий был третьим за сегодняшний вечер. До этого мы посетили однушку в Мневниках, которая в объявлении значилась как «просторная и светлая», а оказалась крошечной – такой, что мы с папой, сестрой и корпулентной хозяйкой поворачиваться там могли только одновременно и по команде. Также в объявлении было написано, что «лишнюю мебель вывезем по вашему желанию». Шкаф-стенку в полкомнаты хозяйка, однако, убирать отказалась: «Вы чего! Она ж румынская!» Потом мы съездили посмотреть «шикарную студию в новом доме». Там стенок не было – были стены, практически голые. Дом оказался действительно новым: в него еще почти никто не въехал, зато вокруг азартно, с грохотом делали ремонт. В длинных мрачных коридорах отовсюду торчали провода, пахло бетоном и веяло могильным холодом. Лифт изнутри был оклеен фанерой, а прямо по ней маркером уже понаписали рекламных объявлений: тут тебе и сантехник, и пластиковые окна, и «Развивашки для детишек “Низнайка”». Сама шикарная студия более-менее подготовилась к приезду жильцов (кухня есть, кровать тоже, матрас стоит у стены в целлофане), но пока мы ее осматривали, там трижды отключали электричество.