Книга 13 минут радости, страница 32 – Евгения Батурина

Я почувствовала, как краснею: значит, меня позвали на день рождения? А я думала, просто в гости. И из подарков принесла только «Сказку». А ведь бабушка всегда говорила, что к детям с пустыми руками нельзя, вот я дура, дура, дура.

— Ефросинья, расскажи о себе, – как раз попросила Зоя и провела рукой по светлым волосам, которые даже колыхались дисциплинированно, все разом, и дружно возвращались на место.

— Я люблю такой салат, – ответила я, стремительно его дожевав. – Он с кальмарами? Очень вкусный.

— И это первый факт о Ефросинье, – снова улыбнулась Зоя. – Любит кальмаров. Но может быть, есть ещё что-то?

Папа громко засмеялся – ему нравились Зоины шутки – и всё-таки ринулся меня спасать.

— Читать она любит, – подсказал он. – Целыми днями с книжкой. С четырёх лет.

— И какими авторами интересуешься? – спросила Зоя, но не дала мне ответить. – А знаешь, четыре года – это не рекорд. Есть методика, при которой дети начинают читать сразу же, как начинают говорить. Считаю, нужно опробовать на Ангелине. Она уже вполне себе умненькая, буквами интересуется, на кубиках их ищет. Дети вообще многое понимают и чувствуют. К плохим людям не идут на руки, это прямо как лакмусовая бумажка. Они все поначалу маленькие гении, надо только развивать…

Тут Ангелина как раз подала голос. Папа встал, пошёл на зов, вскоре вернулся не один: на руках у него сидел маленький недовольный гений в пышном розовом платье. Пока они отсутствовали, Зоя всё рассказывала мне о методике раннего развития.

— Ждали сестру, наряжались, а теперь мы не в духе, куксимся, – ласково говорил папа. – Ничего, сейчас привы-ы-кнем, да? Да-а.

Я посмотрела на девочку как можно дружелюбнее, но она нахмурилась ещё сильнее и отвернулась, уронила голову на папино плечо. На рубашке остался след от слюны. Зоя вдруг встала с места, протянула руки к Ангелине, забрала её у папы и подала мне. Я растерялась: многовато событий и для только что проснувшегося ребёнка, и для сидящей за слишком чистым столом в слишком чистой комнате меня. Попыталась пристроить девочку на коленях – она была тёплой, плотной, как туго набитый мешочек, – но Ангелина стала вертеться и сползать, а потом ожидаемо расплакалась.

— Ты моё солнышко, – запричитала Зоя, – ну иди к маме, к тёте не хочешь, да? А вот мы у мамы посидим, у мамы хорошо, да?

Дом папы и Зои я покинула через два очень длинных часа. Устала так, будто ворочала настоящие мешки. Ребёнок Ангелина мне к финалу вечеринки даже пару раз улыбнулся, продемонстрировал, как умеет ходить, и дал подержать куклу, подаренную какими-то другими гостями. Но я всё равно чувствовала себя злой тётей, которую не любят маленькие дети. Мой торт «Сказка» не разрезали – Зоя испекла «Мишку на Севере» с идеально ровной глазурью.

А курица была вкусная.

Я думала, меня проводит до остановки папа, но на лестничную клетку вышла Зоя: папу отправили укладывать вновь разбушевавшуюся Лину.

— Ефросинья, спасибо, что пришла, было очень приятно! – сказала Зоя и улыбнулась дважды подряд. – Теперь ты должна чаще у нас бывать, вы с Ангелиной родные люди. Я запомню про салат из кальмаров. А ты помни, что здесь тебе рады.

Зоя произносила хорошие, правильные, лестные вещи и звучала убедительно. Вот только за час до того я подслушала «лишний» разговор.