Книга На границе империй. Том 10. Часть 17, страница 102 – INDIGO

По поверхности станции, короткими перебежками от укрытия к укрытию, двигались боевые дроиды. Если не их блестящие корпуса я бы их и наверно не заметил, но от многочисленных радаров кораблей, висящих в пространстве рядом с линкором, и радаров самого линкора скрыться у них не получилось. Хотя их хозяева очень старались именно это сделать. Двигались они явно к пробитому отверстию. Компактные, приземистые силуэты с несколькими сочленёнными конечностями и характерным изогнутым выступом на корпусе, который сразу же выдавал в них узнаваемую линию.

Это были смертоносные аграфские машины.

Спутать их с чем-либо другим было практически невозможно, слишком характерный силуэт, узнаваемый рисунок сочленений, выверенная, изящная, только свойственная им, лишённая всякой избыточности геометрия корпуса, которую ни одна другая империя до сих пор не сумела в точности повторить, сколько бы ни пыталась. Только аграфы строили таких дроидов. И, насколько мне было доподлинно известно из закрытых разведывательных сводок, аграфы никогда, ни при каких обстоятельствах не продавали их на сторону. Использовали только сами, для собственных операций, о которых предпочитали не распространяться. Не продавали ни пиратам, ни наёмникам, ни тем более третьим державам.

Именно такие дроиды — скорпионы, как их окрестили аналитики за характерный изогнутый манипулятор на спине, действительно напоминавший ядовитое жало, несколько месяцев назад проникли на главную станцию восьмого флота и под контролем Теней перебили там едва ли не весь дежурный персонал и командный состав за считаные часы. Когда до меня дошли подробности того нападения, я был по-настоящему удивлён: подобные дроиды считались редкостью даже в имперских арсеналах, а уж у пиратов или у мусорщиков на окраинах империй попадались крайне редко. Обычно как трофей, попавший к ним с разбитого аграфского корабля, и очень редко в рабочем состоянии.

После того нападения на станцию я решил для себя, что Тени попросту где-то приобрели эту технику — купили на чёрном рынке, выкрали со склада, захватили как трофей в одном из заданий. Объяснение выглядело логичным, укладывалось в привычную для меня картину мира, где оружие, каким бы редким оно ни было, рано или поздно просачивается за пределы своих создателей. Но теперь, когда я увидел этих дроидов во второй раз, причём в совершенно иной системе, я отчётливо осознал: передо мной не досадная случайность и не удачная кража. Передо мной закономерность.

Пазл, который до этой самой секунды рассыпался у меня в голове на разрозненные, ничем не связанные друг с другом фрагменты, вдруг щелчком сложился в единую, цельную картину. Мне стало понятно, почему мой размытый противник не пускал в ход этот козырь раньше, хотя, судя по всему, вполне мог это сделать ещё в самом начале операции. Он прекрасно понимал, стоит мне хоть раз увидеть аграфского «скорпиона» вживую, я мгновенно сложу два и два и сделаю единственно верный, и крайне неудобный для них вывод.

Поэтому он и берёг этот козырь до последнего, предпочитая действовать чужими руками, оширскими заключёнными, наёмниками, кем угодно, лишь бы не выдать себя напрямую.

Но сейчас выбора у них, судя по всему, не осталось.

Переговоры со мной, та размытая фигура на экране, вежливые интонации, предложения сделок — всё это было последней, отчаянной попыткой сохранить инкогнито, договориться полюбовно, без лишнего шума и без свидетелей. Но я отказал! И это означало теперь лишь одно. Они обязаны уничтожить всех. Абсолютно всех, кто мог бы стать свидетелем произошедшего здесь. Ни один корабль, ни один разумный не должен покинуть эту систему, потому что в противном случае произошедшее здесь неминуемо станет достоянием Аратанского командования, а это будет расценено уже не как локальный инцидент, а как официальное, спланированное нападение аграфов на территорию Аратанской империи.