Книга На границе империй. Том 10. Часть 15, страница 62 – INDIGO

Я прошёл технический ярус до следующего лифтового узла, спустился ещё на уровень и вышел к двери лётной палубы.

Дверь открылась с характерным шипением. Вошёл и сразу остановился.

На палубе шла тренировка.

Лётная палуба была большой, потолок высокий. Сейчас все абордажные боты были отодвинуты к правой стороне, освобождая центральное пространство. Под потолком горели рабочие прожекторы.

Абордажники работали тройками, отрабатывали зачистку условного помещения. Роль помещения играли несколько транспортных контейнера, расставленных буквой П, с натянутой между ними оранжевой маркировочной лентой — условные стены, условные углы, условные двери. Двое заходили с флангов, оружие направлено в зону ответственности. Третий держал условный центральный вход. Стоял в дверном проёме, прикрывая их тыл. Движения были угловатые, немного неуверенные.

Знают теорию, умеют объяснить каждый шаг, но ещё не приобрели той автоматики, когда тело делает раньше, чем успевает подумать голова. Сразу понял для себя, но они старались, явно старались. Это было видно в том, как держат спины, как не суетятся после ошибок. Понимают, что их скоро ожидает.

Лейтенант Баренс стоял чуть в стороне и внимательно наблюдал за ними. Он что-то негромко комментировал после каждого прохода, не глядя на бойцов, словно разговаривал сам с собой. Явно отмечая для себя ошибки каждого.

Меня заметили примерно через десять секунд после того, как я вошёл на лётную палубу.

— Командующий на палубе! — произнёс кто-то из бойцов — резко, без предупреждения, — и вся абордажная секция немедленно прервала упражнение и построилась. Движение было уже чёткое, без суеты. Это я посчитал хорошим знаком.

Баренс обернулся и отдал честь.

— Адмирал. Не ожидали вас сегодня, — в его голосе не было ни растерянности, ни чрезмерного рвения. Просто констатация факта.

— Вижу, что не ожидали, — ответил ему. — Продолжайте. Я просто понаблюдаю.

Они продолжили. Я отошёл к стене и несколько минут действительно просто наблюдал. Смотрел, как тройки меняются, как Баренс согласовывает их действия короткими негромкими репликами, как постепенно, от прохода к проходу, движения становятся чуть увереннее. Угловатость уходила медленно, но уходила. Молодой экипаж учился.

Когда очередная тройка завершила проход и отошла на исходную позицию, я подошёл к Баренсу.

— Лейтенант, — сказал я негромко. — Вопрос не по тренировке.

— Слушаю, адмирал, — он повернулся ко мне, но так, чтобы и меня видеть, и бойцов держать в поле зрения.

— Маркиза фон Элтайд. Когда вы её в последний раз видели?

Баренс на долю секунды задумался, явно не изображая припоминание, а действительно вспоминая.

— Она заходила сюда около трёх часов назад, адмирал. Осматривалась. Ни с кем особо не разговаривала. Постояла минут пять у грузового шлюза — вон там, — он кивнул в сторону левого борта, где в переборке темнел широкий проём грузового шлюза, — потом ушла.

— Как она выглядела? Что делала у шлюза?

Баренс слегка прищурился.

— Смотрела. Просто стояла и смотрела. Ничего не трогала. Мне показалось… — он чуть помедлил, как будто проверяя, стоит ли говорить, — что она что-то считала. Или измеряла. Точнее сказать не могу, она со мной не разговаривала.

— Куда ушла, видели?

— Никак нет. Она в один момент исчезла также неожиданно, как и появилась.