Книга Священный город бога-предателя, страница 240 – Лия Арден

Она обещала Афшану этого не допустить, но единственное, что ей удалось, – убрать Рошану как заложницу из всех планов Малека. Брат нехотя, но оставил любые мысли о сареше Парси, если ситуация не станет критической. Найра убеждала Малека всеми возможными путями, перечисляя отрицательные последствия войны для их собственной Хетры. Но чем чаще она поднимала эту тему, тем пристальнее становился его взгляд.

— Мы заклеймили Афшана Парси меткой Ируги, – без капли смущения повторила Махра.

Малек грязно выругался, встал с кровати, в которую Найра едва ли не силой уложила его некоторое время назад. Царь накинул шёлковый халат на домашнюю одежду и прошёл к специально подготовленному вину в его покоях. Малек не хотел видеть жрицу на ночь глядя, а теперь и вовсе выглядел разозлённым.

Махра привела вместе с собой Саира, объяснив, что хочет поговорить сразу со всей семьёй Азура. Только младший брат сохранил самообладание и промолчал на заявление жрицы, но уставился в стену, явно обдумывая услышанное.

— Рассказывай всё, Махра. От начала и до конца, – властно приказал Малек и сделал несколько глотков финикового вина.

Он смотрел на побледневшую Найру, которая, заметив полупустой кубок в руке брата, забрала его и осушила, ощутив зудящую потребность смочить горло.

А ещё – проснуться.

Ей нужно было проснуться от этого кошмара и убедиться, что слова Махры не более чем бред её сонного сознания. После возвращения домой временами ей снова снилась жрица, снился храм и голос, что требовал её глаза, уши или язык, но, помня об агонии и воплях Кияны, Найра всегда просыпалась, отказываясь давать богам даже малую часть себя.

Махра устало вздохнула, её плечи поникли, и она на пару мгновений скрыла лицо в ладонях, затем потёрла, то ли чтобы избавиться от сонливости, то ли чтобы справиться с эмоциями – Найра так и не поняла, потому что когда жрица вновь на неё посмотрела, то была спокойна и собранна.

Волосы Махры отросли до середины шеи и были аккуратно подстрижены. Несмотря на внимательный взгляд, вид у неё был действительно уставший. Малек приказал строителям заняться восстановлением храма, а до тех пор все жрицы поселились во дворце. Былые обиды на время позабылись перед выпавшими трудностями.

— Я уже объясняла, что среди жриц существует иерархия, – начала Махра, взмахом руки приглашая всех сесть, намекая на длинный рассказ. Саир и Найра заняли кресла, Малек остался стоять, сложив руки на груди и опираясь о ближайшей стол. Махра не стала садиться в присутствии стоящего царя. – Есть особенные, как я, те, кто ощущают новых жриц. Мы на самой вершине, и наше слово заключительное в споре, но из самых опытных и старых жриц собирают совет. Небольшой. В него обычно входит не более пяти человек. Если все они против, то даже особенная жрица должна им подчиняться.

— Верховный совет, – встрял Малек. – Я слышал о нём.

— Верно, – согласилась Махра. Найра нахмурилась, наблюдая, как жрица нервно потеребила рукав платья. Почувствовав внимание сареши, она моментально прекратила. – Они все погибли при пожаре. Были слишком стары. Спастись удалось лишь молодым и тем, кто был близок к тайным ходам. К несчастью, из-за праздника таких было мало. На протяжении всех десяти лет я молчала, потому что совет в полном составе запрещал мне распространяться о совершённой ошибке. Теперь же я свободна в том, чтобы рассказать вам правду. Десять лет назад жрицы напали на дворец не ради того, чтобы убить или взять в заложники Афшана Парси. Мы преследовали совсем иные цели, но всё обернулось критической ошибкой для нас, для вас и Хетры. Мы до сих пор разбираемся с последствиями. Жриц осталось слишком мало, а мне необходима помощь, чтобы уменьшить нанесённый урон.