Книга Арабский кофе со сливками, страница 173 – Евгения Романенко

— Свет, ну и правильно! Разбирайся со своим мужиком. Я съезжу к Вовке, — торопливо проговорила Ася.

— Что?

— Я съезжу к нему. Что неясно? Так, в какой он больнице?

Ещё несколько минут Светлана объясняла подруге, в какой больнице лежит Вовка. Её не переставало удивлять, что всегда такая пофигистическая Ася внезапно так прониклась этой новостью. Когда разговор закончился, Светка сжала трубку и задумчиво пробормотала:

— Я, наверное, что‑то пропустила… Ничего не понимаю. По‑моему, Ася любит Вову. Я никогда не слышала у неё такого голоса.

— Вот и отлично, — со смешком заявил Фархан, привлекая к себе любимую. — Пусть забирает его себе. Вова должен давно понять, что ты — моя женщина!

— Фар, ты неисправим!

— Да, но я стараюсь! — многообещающе прошептал мужчина и снова страстно поцеловал Светлану.

Ася остановилась посреди больничного коридора, усиленно растирая озябшие руки, и растерянно огляделась по сторонам. Всё бы хорошо, но она напрочь забыла, куда идти дальше. Света что‑то ей говорила, но Ася была настолько взволнована, что не слышала ничего, кроме нарастающего гула в ушах.

Девушка прикусила губу и решительно подавила в себе робкий порыв: может, наконец‑то она сможет обратить на себя внимание Вовы? Нет, она здесь, чтобы помочь ему! «Соберись, сопля!» — мрачно приказала себе Ася и двинулась к молоденькой медсестричке, которая сидела за старым, видавшим виды письменным столом в конце коридора.

— Простите, я… э‑э‑э… — краснея и запинаясь, пролепетала она, обращаясь к блондинке в белоснежном халате и накрахмаленной шапочке. — Я к Звягинцеву Владимиру Николаевичу.

Медсестра подняла глаза на взволнованную Асю. Её светло‑голубые глаза прищурились, на миловидном лице промелькнула тень недоумения.

— Звонили час назад, — пояснила Ася, не решаясь уточнять, кому именно звонили. — Просили приехать.

Она прикусила губу, наблюдая, как в огромных глазах медсестры мелькнуло понимание.

— А! Вы к Звягинцеву? — догадалась та.

— Да, — Ася с готовностью кивнула.

Медсестра порылась в своих записях и с облегчением произнесла:

— А, вы, наверное, его невеста. Понятно… Мы звонили вам, Светлана. Вашего жениха перевели из реанимации в обычную палату. Его жизни больше ничего не угрожает.

Ася мучительно улыбнулась и облегчённо выдохнула. Она хотела было возразить, что никакая она не невеста Вовы, но вовремя осеклась: если она заявит, что она не Светлана, её просто не пустят к Вове. А этого девушка допустить не могла. Передёрнув плечами, она откинула со лба мешающую прядь и во все глаза уставилась на медсестру.

— А что с Вовой? — спросила Ася, нервно теребя рукав ярко‑малинового свитера. В душе у неё теснились тревога и надежда.

— Вот, Светлана, пройдите сюда, — торопливо проговорила девушка, записывая на листочке фамилию врача, этаж и номер палаты. — Вас будет ждать лечащий врач Звягинцева — Леонид Иванович Стариков, он вам всё расскажет. Идите!

— Спасибо! — с жаром прошептала Ася, хватаясь за листок. — Спасибо огромное!

И она вихрем понеслась по коридору в сторону лестницы. В голове билась только одна мысль — о Владимире. В этот момент Ася испытывала смешанные чувства: облегчение от того, что Вовка вне опасности, и странную, почти стыдную досаду от того, что подруга оказалась слишком занята.