Книга Служанка слепого генерала, страница 58 – Екатерина Белова

Говоря по правде, пустыня напоминала вполне нормальную, жизнеспособную область, на которую в одночасье опрокинули море песка.

Ночевала я, забившись в какую-то нору, добросердечно указанную руной. И даже выдавила из себя короткое «спасибо». Как оказалось, ночами по пустыне передвигались змеи-песчаницы и звероватого вида скорпионы, щелкающие и шуршащие неподалеку от моего убежища. Чем они чавкали, я плохо понимала, но была немного рада, что не мной.

Мои стандарты хорошего дня очень быстро регрессировали до удовлетворения базовых потребностей.

Я очень быстро научилась ценить очень простые вещи. Тихие норы, где не было ночного холода. Шаль, чтобы прикрыть ей голову от раскочегаренного солнца. Обломки камней, которые было неплохо иметь при себе в качестве оружия. Я уже прикончила двух песчаниц, пытавшихся ко мне подобраться в одну из неудачных ночей.

Халцид оказался прав. Я не умирала.

Я голодала и сохла от жажды, горела на солнце и тряслась от холода ночью. Меня жалили змеи и ранили камни, но я все ещё двигалась вслед за руной, показывавшей мне путь.

Замок появился вдруг.

Секунду назад я обернулась посмотреть, не тянется ли за мной одна из змеек — было у меня такое подозрение. А когда посмотрела вперед, буквально перед носом оказалась каменная дорожка.

Взгляд проследил разломанные, заросшие мхом плиты, поднялся по ступеням и уперся в гигантскую двустворчатую бывшую дверь. Раньше она наверняка была величественной и крутой, а сейчас выглядела так, словно в нее вошла буря и забыла постучаться.

Как под гипнозом я двинулась вперед, а уже на ступенях, обернувшись, увидела за спиной только заросший тернистый сад: идеальная декорация для сказки про Шиповничек.

Я открыла остатки двери без колебаний. Ещё когда ладонь легла на ручку двери, мне посигналили остатки здравого смысла, но я отмахнулась. Я и так потихоньку умираю ото всего, так что если за дверью меня ждут полчаса чудовищ, то… Для начала я с ними поздороваюсь. А дальше видно будет.

Дверь неожиданно легко и послушно открылась. Я вошла в прохладный холл и несколько минут жадно впитывала глазами удивительный замок. Старинный мозаичный холл, строй золотых доспехов, уходящих в темноту коридора, вазоны, покрытые ювелирной резьбой. Мраморная лестница, убегающая наверх широкими клавишами ступеней. И лишь когда глаз притерпелся к сумраку, я заметила и другое.

Кровь, песок. Изрубленные перила, груды костей, перемешанных с некогда драгоценным шелком и латами из какого-то редкого, словно светящегося металла. Обрезанные шторы. Вскрытая мозаичная фреска, изуродовавшая лицо изображенной на ней женщины.

Неделю назад я бы убежала с визгом.

Или не с визгом, но определенно с большим достоинством развернулась бы и в хорошем спортивном темпе удалилась как можно дальше от этого опасного места.

Теперь же молча прошагала вперед. Мне были нужны еда, вода и хорошее крепкое платье. С каменным лицом перешагнула чьи-то тазобедренные, белеющие в темноте, и поднялась на второй этаж. Прошла вдоль обтрепанных некогда бархатных портьер, дверей и стен, изрисованных мечами. Разбитые светильники похрустывали под подошвой туфель.

Руна, весело мигая, мчалась вперед, пока не замерла около одной из комнат, в самом конце коридора.

Толкнув дверь, вошла в комнатушку с одиноким мутным окном и скромным наполнением: кровать, стул, стол, пара сундуков. Я открыла один из них наугад. В углу крышки вспыхнул блестками и рассыпался голубой кристалл.