Книга Ее домашняя нечисть, страница 161 – Александра Черчень

Фейн его проигнорировал и сделал еще один шаг к Пусинде.

Та отлетела на такое же расстояние.

Он шагнул снова. Она снова отступила.

Это начало напоминать какой-то очень странный брачный танец.

— Не подходи, – предупредила ухмара.

— Почему?

— Потому что я еще не закончила думать!

Фейн остановился и весьма хищно улыбнулся.

— Я могу помочь.

— Не можешь!

— Ты даже не знаешь, что я собирался предложить.

— И не хочу! – Пусинда резко метнулась вверх, зависла уже где-то под остатками каменной арки и с высоты заявила. – Вот поэтому тело мне и не нужно! Без тела очень удобно!

И прежде чем кто-либо успел ответить, туман вокруг нее сжался, свернулся темным клубком – и вместо маленькой девицы в воздухе уже хлопала крыльями черная ворона.

Громко, явно ругательно каркнула, а потом взмыла выше и стремительно исчезла за ближайшей башней.

Несколько секунд все молча смотрели ей вслед.

— По-моему, она в ужасе, – заметил Кайшер.

Фейн закрыл глаза.

— Я тоже.

Цаохар заржал.

— Прекрасное начало великой любви!

— Закрой рот, – устало посоветовал ему Фейн.

— Серьезно? Ты правда на это рассчитываешь? Наш северный шовинист просто встал из состояния «оставьте меня умирать» и через всю площадь дополз выяснять отношения с женщиной, которая от него улетела. И я должен молчать?

Фейн смерил его тяжелым взглядом.

— Ты сегодня особенно разговорчив. Даже фатально разговорчив, я бы сказал…

— А ты сегодня едва жив, – невозмутимо ответил ювелир. – И все равно нашел силы подняться и попугать ухмару. Значит, окончательно не помрешь. Но обсуждать освобождение и преимущества телесности будете потом.

— Цаохар…

— Пойдем уже, полежишь…

— Я прекрасно стою.

В подтверждение своих слов Фейн слегка качнулся.

Цаохар тут же подхватил его под локоть.

— Вижу. Само воплощение устойчивости. Пойдем, великий соблазнитель.

Они продолжили выяснять, кто кого держит и кто способен самостоятельно передвигаться, постепенно удаляясь в сторону скамьи.

Кайшер увлек меня в другую сторону – к краю дворцовой площади, туда, где каменная балюстрада обрывалась над Иммерзилем.

Отсюда город выглядел совсем иначе, чем со стороны болот. Огромный, раскинувшийся внизу до самых гор, он здесь сохранился гораздо лучше.

Из густого зеленого полотна леса выступали белые островки разрушенных дворцов. Между ними серебрились реки, дробясь на десятки рукавов, а над водой все еще стояли обломки мостов – давно ведущие из ниоткуда в никуда.

Красиво.

Я оперлась ладонями на нагретый солнцем камень, а через мгновение Кайшер подошел сзади и обнял меня за талию.

Я откинулась на него, и он коснулся губами моего виска.

— Знаешь, – тихо сказал Кайшер, – в моей душе сейчас очень много слов для тебя.

Я повернула голову.

— И?

— Но скажу я их немного позже.

— Это угроза?

Он тихо рассмеялся мне в волосы.

— Обещание.

Я накрыла ладонями его руки и снова посмотрела на город.

Сегодня действительно было сказано достаточно.

Некоторые слова и правда могли немного подождать.

— Кайшер, куда мы идем?

— Ты спрашиваешь это уже третий раз.

— Потому что предыдущие два ты мне не ответил! – возмутилась я.

— Значит, наблюдается определенная закономерность. – Губы Кайшера дрогнули в едва заметной улыбке.

Вот зараза.

Я покосилась на мужчину рядом, но Кайшер выглядел совершенно безмятежно. Шел неторопливо, придерживая меня под локоток, иногда оглядывался по сторонам и явно получал удовольствие от происходящего.