Книга Рассвет русского царства. Книга 1, страница 54 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Что⁈ — Олена покраснела, а глаза её расширились. — А я раньше это сделаю! — не подумав, выпалила она.

Тишина. Олена осознала, что сказала. Лицо её стало пунцовым. Она схватила вёдра, развернулась и побежала прочь, даже коромысло забыла у колодца.

Я стоял, глядя ей вслед, не зная, что и думать.

— «Что это сейчас было?»

Ива довольно улыбнулась.

— Я первая заняла место. Значит и выиграла.

Я посмотрел на неё сверху вниз.

— Ива. Ты это нечто…

Следующие дни я снова провел на реке.

Глафира старалась быть полезной. И так уж получилось, но в нашем тандеме я был главным. По моей просьбе она чистила и мариновала рыбу. Правда, уже без соли. Только травы, листья смородины и щепа дикой ранетки.

Сева помогал с щепой. Честно, я очень боялся доверять ему это дело. Но, как оказалось, зря. Парень даже в свои семь лет понял, что жизнь непростая штука. В общем, старался он изо всех сил. Ива… Ива была, как говорится, девочка-девочка. И при виде разделанной рыбы кривилась. Заставить её что-то делать было невозможно. Сразу сопли слёзы. Глафира была добра к детям и дочку очень любила. По местным меркам, я бы даже сказал, что она её разбаловала. Но по мне так, с трехлетки, пока самая лучшая помощь не мешать. И она с этой работой справлялась на отлично.

Разумеется, я рассказал Глафире о том, что произошло у колодца. На что та меня тоже удивила.

— Подслушала соседских девок, наверное.

— В смысле?

— Я такого точно не говорила. Разве что хвалила тебя перед детьми, говоря, что из тебя будет хороший хозяин. А про девок, то совсем не удивлена. Сейчас куда не плюнь, все про тебя говорят.

В один из дней решил разнообразить наше питание. Я взял корзину с копчёной рыбой и пошёл по избам.

Первым зашёл к Семёну-лучнику.

Он, прищурившись встретил меня у порога. Уверен, он по запаху понял, что у меня в корзине. Но всё равно спросил.

— Митька? Что случилось?

— Рыбу меняю, — сказал я, показывая корзину. — Копчёную. Хочешь?

Семён заглянул в корзину, принюхался. Глаза его расширились.

— И что хочешь?

Я задумался. Не знал во сколько оценивать рыбу. Цены на еду здесь были… странные. Всё зависело от урожая, от времени года, от того, насколько голодны люди.

— Давай за рыбёшку один вилок капусты.

Семён присвистнул.

Лучник взял одного окуня, разломил пополам. Откусил. Зажмурился, медленно прожевывая.

— Господи… — выдохнул он. — Это… это же чудо!

— Сколько берёшь? — спросил я.

— Давай так, я тебе капусту, и кувшин сушёных грибов. А ты мне ещё две рыбки.

Грабёж на ровном месте… Но Семен был нужным человеком, который делился опытом выживания… опытом убивать врага.

— Давай, — согласился я.

За день я обошёл с десяток изб.

Кто-то покупал, кто-то отказывался, денег заработать не удалось, но у меня и цели не было такой. Главное, получалось меняться. Два десятка яиц, сушёные грибы, лук, сушёный иван-чай, небольшой кусок зайчатины.

После чего я вернулся домой.

Глафира встретила меня у порога, а я специально сделал скорбное лицо, оставив добытое на крыльце.

— Эх… — пожал я плечами.

— Мить, не расстраивайся. Рыбу сегодня поедим.

Она взяла корзинку и, откинув тряпку, посмотрела на меня с недоумением.

— А где рыба? — на дне лежало всего пять штук.

Вместо ответа я вышел на крыльцо и стал поднимать мешки и ещё одну корзину, которую я обменял на всё ту же рыбу.