Книга Рассвет русского царства. Книга 4, страница 20 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Ладно, я вас услышал. Продолжим разговор завтра, а сегодня всем отдыхать. Людям нужен покой, и мне… — я поморщился от ноющей боли в плече, — тоже.

Богдан и Ратмир переглянулись, кивнув поднялись из-за стола.

— Добро, Дмитрий Григорьевич. Утро вечера мудренее, — сказал Богдан. — Охрану у Тишки я удвоил.

Когда за ними закрылась дверь, я снова остался один. В этот момент дверь, за которой находилась спальня Инес, скрипнула. И я понял, что девушка нас подслушивала, но вреда в этом я не увидел, и спокойно пошёл спать к себе.

Утро выдалось туманным. Но мне было не до погоды. Едва я успел проглотить кусок хлеба с молоком, как на пороге возник Прохор. Он был старшим плотником из церковной артели, которую я «одолжил» у Варлаама.

— Дмитрий Григорьевич, — он снял шапку. — Готово. Каркас собрали, как велено было. Можно принимать работу.

Эта новость прогнала остатки сонливости лучше любого кофе. Я быстро накинул кафтан, стараясь не тревожить ноющее плечо, и вышел во двор.

Мы направились к реке, туда, где уже несколько недель кипела работа. Место я выбирал придирчиво: небольшой рукав, где течение было достаточно сильным, но берег позволял вести земляные работы без риска оползня.

На берегу лежали огромные дубовые брусья, уже соединенные в черновой каркас будущего колеса, которое должно будет вдохнуть жизнь в промышленность Курмыша.

— Ну, гляди, Дмитрий Григорьевич, — Прохор хлопнул ладонью по гладко обтесанному дереву. — Всё по твоим чертежам. Спицы врезали в шип, клиньями расклинили. Ось твои кузнецы сделали хорошую. Правда, тяжелая зараза, вдесятером ворочали.

Я обошел конструкцию, внимательно осматривая каждый узел. Здесь не было места ошибкам. И по первости придётся подгонять всё напильниками и топором. Хотя… если у нас получится всё с первого раза, я точно уверую в то, что мне помогают высшие силы. Вот только я в это не верил.

В общем, центробежная сила штука беспощадная, и если хоть одно соединение будет слабым, колесо и ось… даже страшно представить, что будет!

— Здесь люфт, — я указал на стык обода и спицы. — Клин добить и смолой пролить щедро. Вода дырочку найдет, гнить начнет — не заметим.

— Сделаем, — кивнул Прохор. — А лопатки когда ставить?

— Ковши, — поправил я его. — У нас колесо верхнебойное будет, Прохор. Не просто лопатки, которые воду шлепают, а ковши, чтобы массу воды принимали. Тяга больше будет.

Плотник почесал в затылке.

— Мудрёно это, Дмитрий Григорьевич. Воду-то наверх подать надо.

— Надо, — согласился я, глядя на реку. — Вот этим сейчас и займемся.

Я подозвал Артёма-кузнеца, который уже возился с металлическими деталями неподалеку.

— С возвращением, — произнёс Артём. Он покосился на перебинтованное плечо, но ничего по этому поводу не сказал.

— Привет, Артём, — сказал я. — Цапфы готовы?

— Готовы, — ответил кузнец. — Сталь добрая, не сыромятина. Подшипники… тьфу ты, слово-то какое, — он сплюнул. — Вкладыши бронзовые отлили, как ты велел. Салом смажем, крутиться будет, как по маслу.

— Добро.

Теперь начиналось самое сложное. Сборка… и на это дело ушло несколько дней. Пускать на самотёк этот этап стройки я не мог, поэтому вопрос касательно Тишки отошёл на второй план. Тем не менее, я приказал пустить слух будто бы я вернулся из Нижнего Новгорода без серебра.