Книга Рассвет русского царства. Книга 7, страница 106 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Тот разговор про Олену моя жена больше не поднимала, но я видел… вернее читал по глазам, что она не оставила надежду. Обе девушки часто сами приезжали к нам, привозя свежий обед. Иногда к ним присоединялись Инесс и Нува.

К слову, эту женскую четвёрку очень часто можно было встретить вместе не только у нас дома, но и просто прогуливающимися по Курмышу. Как я уже рассказывал, у меня не было в мыслях как-то ограничивать Алёну в передвижениях. Инес и Нуве никто не указ, а Артём просто делал вид, что ничего не замечает. На эту тему со мной пробовал поговорить Варлаам, дескать я слишком много разрешаю жене своей. И смеётся она громко, и наряды носит на грани допустимого…

— Ты бы, Дмитрий, поумерил ей волю-то. Не к добру это вседозволение. Жена должна знать своё место: дом, храм, беседы с богобоязненными жёнами, вот её круг… А не эти прогулки до вечера.

— Варлаам, ответь мне, — начал я, и он внимательно посмотрел на меня: — Я лезу в дела церковные, а?

— Нет, но это другое и…

— Не суй свой нос куда не следует, — серьёзным тоном сказал я. — Мне казалось, что мы уже давно поняли друг друга. Но что у тебя за нрав такой? Всё пытаешься навязать мне свою волю, своё видение жизни. — Я сделал паузу. — Если вспомнишь с чего начинал, то поймёшь, что делаю я всё правильно.

— В делах великокняжеских ты и многого достиг, — кивнул Варлаам, — но в семейных…

— Остановись, а то поругаемся, — ещё строже сказал я.

Варлаам наконец-то услышал меня и, перекрестив, сказал.

— Ты же понимаешь, что не со зла я всё это говорю и…

— Понимаю, — ответил я, не желая нарушать мир с Варлаамом. Как и понимая, что власть церкви в этом времени имеет огромную силу. Поэтому ругаться с ней нельзя. К слову, Варлаам имел совсем не зашоренный взгляд. В чём-то он, конечно, стоял на своём до конца, но в остальном я мог с ним договориться.

К слову, трактир уже начал обрастать стенами, и к началу холодов должны вроде как успеть крышу постелить. Торговые караваны, как посещали Курмыш, так и будут посещать. Но о трактире я вспомнил непросто так. С Варлаамом у меня уже был разговор касательно него. И, разумеется, моя идея ему сильно не понравилась. Однако, мне удалось договориться. Вот только касательно девок он встал на своём. «Православные христианки там не будут работать, и всё тут». Ну я тоже не лыком шит, спросил: а если не православные? Если басурманки или с других земель женщины будут? На что я получил одобрение.

Поэтому несколько дней назад Глав отправился в Кафу (Крымский полуостров), чтобы закупить там рабынь, и привезти их сюда.

(От авторов: раб, купленный боярином в Кафе, на территории Руси становился холопом со всеми признаками полной зависимости от владельца. Его статус регулировался русскими законами о холопстве, а практическое применение зависело от воли и нужд хозяина. Юридическое положение не зависело от места покупки: иноземный раб имел те же права (точнее, отсутствие прав) и обязанности, что и раб, приобретённый внутри страны.)

Главу предстояло перед покупкой поговорить с каждой претенденткой и объяснить, что… вернее какие обязанности и права у неё будут. Как и гарантировать, что при примерном выполнении обязанностей, через пятнадцать лет она получит вольную.

Жестоко? Возможно, да. Но по этим временам я был большим добряком. Потому как давал хоть и небольшой, но шанс на будущее.