Онлайн книга «Рассвет русского царства. Книга 12»
|
— Принимаю клятву твою, Дмитрий Григорьевич! Ты делом и правдой доказал, что верен престолу. Под твоей рукой пали стены, которых не брал никто… и я, Великий князь Московский, говорю перед всеми — пока ты служишь Руси, Русь тебя в обиду не даст. Встань, воевода! Я встал, вложил саблю в ножны и поклонился. Это был сильный ход с нашей стороны, но это было ещё не всё. Вперёд вышла Мария Борисовна. — Люди московские! Двести лет с восхода приходила на Русь беда. Оттуда жгли наши города, оттуда уводили в неволю жён и детей наших, и не было тому ни конца, ни управы. Ныне же смотрите… Великий князь, сын мой, вернулся из-под Казани с победой! Стены её пали, полон наш возвращён, больше двух тысяч православных душ вышли из ям. — Поднялся гул, который она терпеливо переждала. — Кланяюсь войску, что стояло насмерть. Кланяюсь воеводе, что привёл его к победе и вернул мне сына живым… как я и просила. Раненым будет призрение и казна. Семьям павших… земля и хлеб, слово моё в том порукой. А Москва… Москва нынче звонит в колокола, и звонить им три дня! Берег взорвался рёвом. С крыш посыпались шапки, где-то в задних рядах затянули «славу», и её подхватили полки… А потом вперёд вышла пожилая Мария Ярославна. Старая княгиня выплыла из-за спин бояр в тёмной, но богатой шубе, и улыбка у неё была широкая и тёплая… За её плечом стояли Дмитров и Меньшой. Оба поклонились мне… я ответил тем же. — Радость-то какая на Руси, православные! — голос у старухи оказался сильным. — Внук мой… кровь Калиты… в одиннадцать лет привёл полки под Казань и взял её, как деды наши и мечтать не смели! Вот она, порода КНЯЖЕСКАЯ! Вот оно, единство рода нашего… когда сыновья Василия и внук его стоят заедино, никакой враг Руси не страшен. Молилась я за вас день и ночь… и вымолила! Слава Великому князю! Слава роду его! — Слава-а! — послушно грянул берег. Последним говорил митрополит. Кирилл поднял крест, дождался тишины… и она наступила мгновенно, у него это выходило лучше, чем у всех предыдущих ораторов. — Чада мои! Двести лет земля наша молилась об избавлении… и услышал Господь молитву нашу. Не силой единой взята Казань, но верою вашей и правдою. Благословляю воинство христолюбивое, и град сей, и государя нашего юного, и матерь его… Идите и звоните, и пусть слышит всякий, что заступничество Божие над Русью! Аминь. — Ами-и-инь, — выдохнули тысячи глоток, и над берегом закрестились… волной, от пристани до дальних заборов. Если охарактеризовать всё это одним словом… показуха. Большая, продуманная, поставленная как следует… и нужная. Сегодня городу показали, что власть едина, победа общая, враг разбит, все свои. Народ это, как и задумывалось, проглотил. До Кремля шли пешком. Иван впереди, следом Мария Борисовна с Марией Ярославной. Я чуть позади, вместе с Рюриковичами и митрополитом. В Кремле, едва мы поднялись на крыльцо, Мария Борисовна обернулась ко мне. — Отобедаешь с дороги, Дмитрий Григорьевич? И князя Бледного зови. — Благодарю, княгиня. Князь Бледный отбыл к себе на подворье, вместе с женой. Они же на время забрали внуков, — я не стал озвучивать вслух, что мне надо увидеть прежде что стало с моим подворьем, но Мария Борисовна кажется всё поняла. — Также я бы хотел увидеть Глава. — Увидишь… — сказала она и добавила, понизив голос. — Не вздумай сейчас уехать на подворье. Люди не поймут, если воевода покинет Кремль через час после клятвы… скажут, что не всё гладко у престола со Строгановым. Останься до завтра. Утром поедешь куда захочешь… а Глава можно привезти и сюда. |