Книга Последняя станция — море, страница 34 – Алисия Роуден

Вера не могла пошевелиться.

Это были не общие воспоминания, не случайные догадки. Такого не знали ни её коллеги, ни друзья, ни даже бывший муж. Мать умерла, не успев рассказать кому-то эти мелочи, а отец исчез, когда Вера была ребёнком.

— Кто ты? — прошептала она.

Костя опустил глаза на жетон.

— Я пытаюсь вспомнить.

В конце коридора раздался звонок.

Один короткий, металлический звук.

Костя побледнел.

— Тебе надо вернуться в купе, — сказал он.

— Что это было?

— Объявление.

— Ничего не объявили.

— Пока нет.

Он сунул жетон в карман и быстро пошёл к концу вагона.

— Костя!

Мальчик не обернулся.

Через несколько секунд в динамиках раздался голос проводника:

— Уважаемые пассажиры. Через пять минут поезд прибывает на станцию «Возвращение». Просим не оставлять личные вещи без присмотра. Пассажирам, чьи билеты не содержат номера места, необходимо оставаться в вагонах до отдельного распоряжения.

Вера посмотрела на свой билет.

На нём всё ещё значилось место 14.

Но ниже появилась ещё одна строчка:

ПАССАЖИР БЕЗ МЕСТА ОБНАРУЖЕН.

Вера перечитала надпись.

Затем посмотрела в сторону, куда ушёл Костя.

Она не знала, был ли он тем, кого искала. Но впервые у неё появился предмет, который можно было проверить, — жетон с инициалами отца и датой его исчезновения. Если жетон настоящий, значит, Костя каким-то образом был связан с той ночью. Если подделка — кто-то намеренно подталкивал её к мальчику.

Оба варианта были опасны.

Но теперь отступать было поздно.

Станция «Возвращение» встретила их запахом мокрой земли.

Вера стояла у окна, когда поезд начал замедляться. За стеклом тянулась длинная платформа, освещённая редкими лампами. На стене вокзала висело расписание, напечатанное на бумаге, хотя все остальные станции, которые она видела, казались заброшенными десятилетиями.

Люди ждали поезд.

Не призраки, не размытые силуэты, не неподвижные фигуры в тумане. Обычные люди в куртках, с сумками, с пакетами из магазинов. Мужчина курил возле колонны. Девушка читала книгу. Пожилая женщина держала на коленях корзину с яблоками.

Вера почувствовала почти физическое облегчение. Здесь всё выглядело настолько нормально, что ей захотелось выйти, купить кофе в привокзальном автомате и позвонить кому-нибудь из знакомых. Рассказать, что она задерживается. Услышать голос человека, который живёт в том же мире, что и она.

Поезд остановился.

Никто из пассажиров не спешил к дверям.

— Можно выходить? — спросила Вера у мужчины, сидевшего напротив в проходе.

Она раньше не видела его в вагоне. На вид ему было около пятидесяти. Светлая рубашка, тёмный пиджак, небольшая сумка на коленях. Лицо усталое, но совершенно обычное.

— Если есть куда, — ответил он.

— А вы выходите?

— Я уже выходил.

Он посмотрел на платформу.

— Несколько раз.

— И что?

Мужчина пожал плечами.

— Возвращался.

— На эту станцию?

— В свою жизнь.

Вера нахмурилась.

— Вы можете объяснить нормально?

— Могу. Но это ничего не изменит.

Он поднялся, взял сумку и направился к двери. Перед выходом обернулся.

— Если увидите человека, которого оставили, не торопитесь к нему. Сначала вспомните, почему вы ушли.

Он ступил на платформу и исчез среди ожидающих.

Вера подошла к окну. Мужчина шёл вдоль стены вокзала, не оглядываясь. Потом свернул за угол и пропал из виду.