Книга Энциклопедия Человеческого Д***изма. Без согласования, страница 3 – Вадим Мартовский

Вечером протокол семинара оказался в интернете.

Его выложили без подписи, без комментариев и почти без правок. Только слово в середине страницы кто-то заменил звёздочкой.

К утру документ разошёлся по районным чатам, каналам о городской жизни и рабочим беседам.

Люди спорили, существуют ли такие институты на самом деле.

Люди, которые работали в таких институтах, спорили, можно ли установить, кто слил протокол.

Люди, которые никогда не работали нигде, где есть пропускной режим, уверенно объясняли, как надо было решить проблему с ямой.

Алексей Нечаев прочитал протокол в четыре часа семнадцать минут утра.

Он не спал. Уже третью ночь подряд он лежал на диване в куртке, смотрел в потолок и пытался не думать о том, что за последние полгода у него закончились работа, отношения и привычка объяснять себе, что всё временно.

В телефоне мигало уведомление из центра занятости: необходимо явиться для подтверждения статуса.

Алексей дочитал протокол до фразы «ситуация непредвиденного вертикального перемещения» и впервые за неделю засмеялся.

Смеялся он тихо, чтобы не разбудить соседей за стеной, но получалось плохо.

Потом перестал.

На следующий день он пришёл в НИИ прикладной поведенческой нерациональности — не потому, что хотел там работать.

Просто адрес института оказался в двух остановках от центра занятости.

Глава 1. Слово, которого нет

В центр занятости Алексей приехал к десяти утра и уже в десять ноль пять понял, что зря.

У входа стояли трое мужчин и женщина в пуховике. Мужчины курили с выражением людей, которых государство временно признало существующими. Женщина держала прозрачную папку с документами и смотрела на дверь так, будто за ней находилась не служба занятости, а комиссия по распределению дальнейшей судьбы.

На двери висела табличка:

«Приём граждан осуществляется в порядке живой электронной очереди».

Под табличкой — листок, написанный от руки:

«Талонов нет. Подходите к окну № 4».

У окна № 4 сидела женщина лет пятидесяти с лицом человека, который уже много раз пытался объяснить миру, как устроена очередь, и проиграл.

— Цель обращения? — спросила она, не поднимая глаз.

— Подтвердить статус, — сказал Алексей.

— Какой статус?

— Безработного.

Женщина посмотрела на него.

— Молодой человек, статусы у нас не подтверждают. Их актуализируют.

— Хорошо. Актуализировать безработного.

— Не безработного. Гражданина, находящегося в поиске подходящей занятости.

— Я могу, так сказать, если это поможет.

— Поможет паспорт.

Он протянул паспорт. Женщина открыла его, сверила с экраном, несколько раз кивнула в такт чему-то, чего Алексей не слышал.

— Вам предлагали вакансии?

— Предлагали.

— Почему не трудоустроились?

— Потому что одна была грузчиком в ночную смену, а другая — менеджером по продаже дверей.

— А до этого кем работали?

— Аналитиком.

Женщина посмотрела на него чуть внимательнее.

— Аналитиком чего?

Алексей подумал.

Последние годы он занимался примерно всем, что можно было красиво назвать оптимизацией. Сводил данные, строил отчёты, объяснял руководству, почему деньги закончились ещё до того, как их начали тратить. В какой-то момент он стал замечать, что начальство любит цифры только до тех пор, пока цифры подтверждают уже принятое решение.

Потом он сказал на совещании, что проект надо закрывать.