Книга Да, мой король, страница 223 – Елена Михалёва

Эта вынужденная неразбериха шокировала всех собравшихся. А ещё отвлекла внимание от самой регаты. К счастью, маленьких принцесс и наследника давно сопроводили во дворец в обществе принцессы Маргариты. Они ничего этого не видели. Пока кто-то в толпе не закричал:

— Почему они не поворачивают обратно? Они уже давно миновали буй!

Все взгляды устремились туда, где винно-красный парус летел по волнам открытого моря всё дальше и дальше.

Королева не отрывала взора от лодки. Казалось, она не слышала ничего вокруг. Её не беспокоили аресты и крики Болдера. Она отмахнулась от попытки брата отправить и её во дворец в целях безопасности. Джования Августа Хальбург шевелила губами, беззвучно вознося молитвы Избавителю. Она прижимала руки к груди в испуге и ни на кого не обращала внимания.

Но едва лодка начала разворачиваться, как прогремел взрыв.

Пузырь огня, дыма, трухи и брызг взбух на водной хляби с дьявольской внезапностью.

И королева лишилась чувств.

А все собравшиеся на празднике люди стали свидетелями того, что предатель Фердинанд Хальбург убил короля и самого себя.

Казалось, что гибель любимого монарха повлечёт за собой тёмные времена. Небо скорбело вместе со всеми. Ветер принёс холодные дожди и первый снег, колючий и злой. Он опускался на серую землю хрустким пеплом.

В память о короле Вильгельме III в Большом Соборе святого Клодиса воздвигли беломраморный саркофаг со статуей лежащего монарха в доспехах и короне, с обнажённым мечом и сплетением драконов и роз тончайшей работы по всему периметру захоронения. Вот только могила была пуста. Королева Джования не позволила положить в неё ни единого предмета. Она непреклонно сказала, что внутри есть место лишь для морской воды из залива, но вода испарится, не оставив после себя ничего. И монументальный памятник остался пустой оболочкой.

Люди со страхом ожидали новых волнений. Но их не было. Начались суды и обличение предателей. Всех тех, кто погубил короля и чуть не погубил всё королевство своими деяниями. Судьи принимали решения беспристрастно и непреклонно. Но с учётом того, что верховным судьёй выбрали герцога Зоммерштерна, их исход был предрешён заранее.

Первым казнили Анселя Болдера на главной площади Линдена. Люди, узнав о его причастности к поджогу на бирже труда и его вине в гибели их близких, бросали в него гнилые овощи и выкрикивали проклятия так громко, что последние слова герцога Ламарского потонули в их криках. Следом за его головой полетели и другие. Работы палачам хватало.

Граф Вилберт фон Лоренц приехал в столицу сам, не дожидаясь, когда его вызовут. Он предоставил официальное признание в своём соучастии в подготовке к перевороту герцогу Зоммерштерну, а после просил аудиенции у королевы. Говорят, что он плакал, стоя на коленях, и целовал её руки, вымаливая прощение. Но Джования не стала выслушивать его исповедь слишком долго. Она с безразличием сказала, что муж давно простил его и принял раскаяние взамен на более верную службу, чем прежде. Однако, велела ему сложить обязанности адмирала и возвратиться в Нижний Оттенберг, где в ссылке на собственной земле он обязался головой отвечать за строительство канала. А затем Джования заметила, что ценит его мужество, с которым он решился на добровольное признание.