Книга Да, мой король, страница 226 – Елена Михалёва

В один из таких дней принцесса Маргарита, наконец, решилась и пошла в покои королевы. Тридцать дней траура давно миновали, и Марго снова наряжалась в голубые и кремовые тона. Она позволяла себе смеяться и играть с девочками, как и прежде. Одно лишь мучило принцессу Хальбург: настроение старой подруги, которая, кажется, более не желала видеть её.

Маргарита застала королеву-мать в одиночестве.

Джо сидела в кресле возле одного из окон своего будуара и вышивала гладью мышонка среди полевых цветов. Лившийся сквозь оконное стекло свет играл на её золотых волосах и мрачно контрастировал с иссиня-чёрным бархатом платья.

— Джо, мы можем поговорить? – Марго в нерешительности закусила губу.

— Мне ничего не нужно, вы свободны, Ваше Высочество, – Джования сделала ещё один аккуратный стежок.

— Прошу тебя, просто выслушай меня, – принцесса медленно подошла к ней.

Она присела на краешек пухлой скамеечки для ног возле кресла.

Джо вздохнула, но всё же положила вышивку себе на колени.

— Слушаю, – королева-мать отвернулась, чтобы глядеть на заснеженный сад, но не на Маргариту.

— Джо, моё сердце разрывается, когда я вижу, как ты замыкаешься в себе, – Марго сложила ладони в молитвенном жесте. – Я люблю тебя. Никогда не переставала любить. Ты мне как сестра, несмотря ни на что.

Девушка протянула руку, чтобы ласково коснуться пальцев Джовании, но та убрала ладонь, не позволив этого сделать.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, – тихо произнесла принцесса.

— Ты ничего не понимаешь, – Джо смотрела в окно невидящим взглядом. – Потому что твой брат умер лишь однажды, а я уже дважды похоронила любимого мужа.

— Не говори так, – лицо Марго приобрело страдальческое выражение. Она перешла на горячий шёпот, преисполненный негодования. Пессимизм Джовании убивал принцессу. – Он отлично плавает. Мы обе знаем, что он не умер.

— Мы не можем знать наверняка, – побледневшими губами произнесла Джо. Казалось, она думала эту мысль слишком часто. И чересчур боялась произнести её вслух. – Вода была ледяной, а ветер таким, что волны были просто сумасшедшими, – голос Джовании дрогнул. Она закрыла глаза. – Я даже не могла разглядеть чёртову рыбацкую лодку этого чёртова Никлоса. Может, его вообще там не было? Может, он забыл, утонул, умер… Я не знаю, что угодно могло пойти не так.

Маргарита всё же поймала её руку. Пальцы королевы-матери были холоднее снега за окном. От тёплого прикосновения Марго она вздрогнула и открыла глаза.

— Джо, не нужно думать о плохом, – принцесса ободряюще улыбнулась ей. – Мы можем только ждать и молиться Избавителю.

— Именно этим я и занимаюсь, – Джования непреклонно высвободила пальцы. – И ты бы занялась чем-то полезным, а не действовала мне на нервы своей пустой болтовнёй.

Маргарита покачала головой, продолжая мягко улыбаться ей.

— Он вернётся, – с уверенностью произнесла девушка. – Вот увидишь, вернётся.

— К тебе.

Замечание прозвучало сухо и буднично.

— Ко мне, – улыбка Марго угасла. – Так он решил. Но если бы он сказал, что возвращается не ко мне, а к кому-то ещё, я не стала бы гнить изнутри из-за ревности.

Джования фыркнула. Она снова отвернулась к окну, давая понять, что разговор окончен.

— Прошу тебя, вернись к нормальной жизни, – Маргарита медленно встала. – Если не ради себя, то ради детей.