Книга Зимние Боги и Змеи, страница 9 – Венди Хейсс

Мы с Нией расхохотались, а Кай недоумённо скрестил руки, глядя на Лену. Ррахган. Повеса. Не самое точное слово для него, но близкое. Он был свободным духом, мир служил ему полотном, и Кай с наслаждением пользовался всеми его красками. Кто мог его за это винить? А вот за беспечность по отношению к тем, кого он стирал со своего полотна, и за то, как быстро терял интерес к очередному цвету, — вполне.

Лена цокнула на него языком.

— Разбил ему сердце, вот что.

Ния похлопала его по плечу.

— Своим распутным поведением собираешь себе паству.

Он беспечно закинул лодыжку на колено.

— Ваш сын был взрослым мужчиной, Лена. Он знал, что связывается с ррахганом. И, кажется, мои ррахганские замашки ему нравились.

Она раздражённо фыркнула и ушла к рабочему столу отмечать, где нужно подогнать платье.

— Чем она тебя подкупила, чтобы ты согласился прийти на праздник? — спросила, застыв в неудобной позе, когда очередная булавка впилась в спину.

Он медленно усмехнулся и закинул руку Нии на шею.

— Удовольствием увидеть, как с тебя снимают мерки для платья.

Я резко развернулась с гримасой, а потом вскрикнула от уколов булавок. Ния осела на диване, плотно сжав губы, чтобы не рассмеяться.

Кай дождался, пока Лена выйдет в заднюю комнату, и тогда объяснил правду.

— Солдат видели недалеко от нашей границы. Они остановятся у деревни и, скорее всего, придут на праздник. Я прослежу за ними до руин.

— Ния! — почти выкрикнула. — Когда велела тебе не перемещаться в Исийорд, это был приказ, а не предложение, — Ния пристрастилась к тому, чтобы испытывать границы дозволенного, и мне это не нравилось. Она родилась в Адриате и была аурой, способной переноситься на расстояния в несколько королевств, но прежде не пыталась даже покидать Фернфосс. Наверняка это Кай подпитывал её недавно появившуюся, совершенно ненужную и опасную смелость.

— Всего на минуту, — проворчала она, словно это хоть как-то оправдывало безрассудство. — Мне понадобились морозный шип и зимний кресс. Деревенский травник закрывается, да у него всё равно почти ничего не осталось.

— Её походы за салатом тоже полезны, — поддержал Кай.

Она нахмурилась.

— Это травы, дурак, а не листья салата.

Он взъерошил волосы на её макушке, и несколько тёмных кудрей выбились из пучка.

— Трава и есть трава, — Ния не засмеялась и не стала спорить. Кай был мастером словесных игр, а она знала, что в эту бесконечную ловушку лучше не попадаться.

Я долго и раздражённо выдохнула, отказываясь встречаться взглядом с собственным отражением. Мне тоже хотелось рассмеяться.

Ния встала и положила руку мне на плечо, пытаясь утешить. Она почувствовала то же, что и я.

— Знаю, ты ненавидишь праздники, а я — нет. И, возможно, это последний праздник, на котором побываешь. Ты ведь понимаешь: рано или поздно он придёт за тобой. Его солдаты уже рыщут поблизости целыми отрядами.

Конец моей ссылки приближался, но всё никак не наступал.

— Начинаю сомневаться. Похоже, горные духи и камни руин нравятся ему куда больше, чем когда-либо нравилась я.

— Ремесленница сказала в своих видениях, что ты была в Исийорде.

Тёмные ремесленники были носителями магии, но не относились к аурам. Их дары исходили от Селестила — бога магии, иного мира и духов. Они владели силой, отличной от стихийной, и черпали её из царства своего бога, пугающего Калиго, известного также как иной мир и земля мёртвых. Тёмные ремесленники умели призывать необычную, странную магию и управлять ею. С каждым столетием таких могущественных людей становилось всё меньше. Их бог разгневался из-за того, сколько силы смертные вытягивали из его царства, и теперь позволял делать это лишь истинным последователям. Несколько недель назад одна из ремесленниц показала нам видение моего возвращения и конца ссылки.