Книга Зимние Боги и Змеи, страница 316 – Венди Хейсс

— Какая уверенность, — протянула она с усмешкой. — Поскольку я не разбрасываюсь угрозами, выдам маленькое бесплатное предупреждение человеку, который меня зачал. Хочешь сдержать это обещание, спи с широко открытыми глазами. Тебе повезло, что твоё раздражение радует меня сильнее твоей смерти. Представь, если бы я пролила тот яд на твою одежду. Получилось бы потрясающее представление. И, дорогой отец, тебе не понравится жить с моим духом, сводящим тебя с ума.

Она подняла кубок в его сторону и спустилась.

Сноу открыто ему угрожала. Напомнила, кем он был на самом деле. Человеком. Его взгляд скользнул ко мне, и раздражение удвоилось. Мы оставили за спиной густые, тёмные тени злости, заполнившие потолок всего зала.

Словно отец только что не излил на неё самую мерзкую ненависть, Сноу спокойно подошла к столам с едой и набила руки и щёки угощениями. Жуя мягкую белую сладость, посыпанную пудрой, она изучала гостей и слегка покачивалась в такт музыке.

— Впечатляющее зрелище.

— Да. Видел бы праздники моего детства. Они были гораздо роскошнее. Возможно, Исийорд действительно приходит в упадок, — ответила она и едва не подавилась.

— Я говорил о тебе, маленькая обжора, — прошептал я у самого уха.

Она замерла, проглотила и вытерла рот перчаткой, как ребёнок.

— Пойду танцевать. Возможно, тебе приятнее смотреть, как я танцую, а не ем.

Она оскалилась и бросила мне остатки сладостей. Очевидное недоразумение. Она нравилась мне во всём, особенно когда ела.

Сцепившись руками с Фрейей, они запрыгали под весёлую джигу, пока не запыхались и не устали. В конце обе повисли друг на друге и уже не двигались, лишь покачивались на месте под бодрую музыку.

— В такие ночи она становится очень беспокойной. До сих пор удивляюсь, что сегодня не нашёл её бегущей через лес, — сказал подошедший Кайден и потянулся за едой у меня за спиной. — Ущипни меня. Она даже танцует.

— Почему она так делает? — спросил я.

Мы с ним никогда не были близки, однако вопрос всё равно сорвался.

— В ту ночь она выжила, потому что мать велела бежать. С тех пор Сноу не останавливалась. Слова матери стали спусковым крючком. Сначала приступы случались пару раз в неделю. Потом её начало преследовать всё. Воспоминание, упоминание адриатийцев, чёрная сталь. Становилось хуже. Иногда она запиралась в комнате, не выдерживая даже вида луны. У неё не отняли жизнь, как у брата, сестры и матери. У неё отняли возможность жить. Она оказалась в ловушке и умела только бежать, — Кайден повернулся ко мне. — И всё ещё бежит. Иначе сегодня не стояла бы здесь, ожидая свадьбы с твоим королём.

Не мог представить, через что она прошла в ту ночь. Женщина, прыгавшая под музыку, пережила всё это и намного больше. Вина наносила удар за ударом. Я не заслуживал ни желать её, ни обладать ею. Как сильно напоминал о той ночи и обо всех ужасах, пережитых тогда и продолжающихся по сей день? И всё же она позволяла мне кричать, раздражать её, спорить, прикасаться и утешать. Я ненавидел себя за то, что забывал, кто я и что сделал мой народ.

— Не недооценивай то, что она носит внутри. Моя семья пострадала от рук её отца так же. Не будь Сноу рядом, он давно был бы мёртв. Когда она встретит твоего короля, никто не сможет её удержать, Килиан. Ты не видел, что она для него приготовила, — добавил Кайден и ушёл.