Книга Зимние Боги и Змеи, страница 236 – Венди Хейсс

Он снял куртку, набросил мне на плечи и плотно запахнул. Стоило ощутить его запах, как голод вернулся. Возможно, голод именно по нему.

— Ты думала, Адриата отправит защищать тебя первого попавшегося? И ради чего, во имя круглой сияющей Синты, тебе понадобилось содержимое сундука настолько сильно, что ты бросила вызов тёмной ремесленнице и двум десяткам верглейсеров? Без оружия и в ночной сорочке.

Его раздражённый голос заставил меня улыбнуться.

— Не недооценивай женщину в ночной сорочке. Чем меньше на мне одежды, тем сильнее отвлекаю. Хотя даже одетая прекрасно отвлекаю тебя, — я подмигнула, намеренно ударяя по его хрупкому, мягкому и легко раздражимому разуму.

Он вытащил мои волосы из-под куртки.

— Сдаюсь. Ты действительно невозможна.

— Предпочитаю неотразима. Хотя небесная тоже сойдёт.

Уголок его губ приподнялся.

— Тебе понравилось, да?

— Очень. Можешь называть меня так, когда захочешь.

— Разве это не рождает в твоей голове ужасно грязные мысли?

— Попал в точку. Но ты ведь сам предложил руку помощи.

Он бросил на меня взгляд, который должен был стать предупреждением, а только сделал мысли ещё грязнее.

Перед входом в замок он остановился. В глазах снова появилась тревога.

— Отвести тебя к матери? Мы возьмём одеяла в комнатах слуг. До утра ещё есть время поспать.

Не знаю, почему его предложение застало врасплох. Я сама рассказывала, что рядом с могилами семьи находила покой. Он знал, что раньше я там спала. Но теперь это вдруг показалось смущающим.

— Не могу уснуть.

— Моя магия может помочь.

Раздражённо повернувшись, я уставилась на него.

— Только через мой труп, Килиан, — хотя той ночью он прекрасно помог и без магии. Я спала как младенец. Ему достаточно было обнять меня, и я бы мгновенно уснула, разве что ещё слюни пустила.

— Иди к Нии. Она иногда помогает тебе уснуть, верно?

Ублюдок. Это был его способ подтолкнуть нас к примирению? Я угрожающе ткнула пальцем ему в грудь.

— Не испытывай судьбу. Впрочем, помочь мог бы кто-нибудь другой. Будь Элиас здесь, он наверняка сумел бы сделать больше, чем просто усыпить меня.

Брови разгладились в суровые линии, челюсть несколько раз напряглась, и на сцену вышел главный герой представления, ямочка на подбородке.

— А, снова это лицо, — провела пальцем по воздуху, очерчивая его выражение. В последнее время он носил его особенно часто.

Килиан перехватил мою руку и наклонился так близко, что среди зимней ночи расцвела весна.

— В замке полно мускулистых тел без единой мысли в голове. Выбери любое. Разницы с ним не заметишь, — он говорил равнодушно, но голос стал ниже и, кажется, приобрёл оттенок ревности. Почему все так ненавидели Элиаса? Что бедняга успел ему сделать?

Я рассмеялась. Разве для того, чего я хотела, требовался ум? Мгновение удовольствия, разрядка, короткий побег из всей этой мерзости, которую замышлял отец. Я и похуже выбирала. На их фоне Элиас был нежным цветком.

— Но видишь ли, — протянула я тише, — ум у него есть. И он умеет использовать своё тело весьма остроумно.

— Боги, пощадите меня, — он отпустил руку и с силой потёр глаза, окончательно сдавшись перед моей испорченностью.

Я весело рассмеялась. Его реакции и замечания всегда меня забавляли. Он никогда не сдавался, будто всерьёз рассчитывал отбиться деревянным мечом от моей стали. Мне одинаково нравились его попытки и неизбежные поражения.