Книга Зимние Боги и Змеи, страница 206 – Венди Хейсс

— Да, кексик. Они часто так делают, — поддразнил Кай.

— Вы бы видели, что она делает с пелёнками, — добавила Амери.

— Что она с ними делает? — растерянно спросила Сноу, и никто больше не смог сдерживаться.

Её тонкие бледные пальцы с изумлением очертили черты малышки. Крошечная ладонь обхватила один палец.

— Coghna, neh coghna¹¹, — прошептала она на кальгнанском.

Я снова увидел это. Второй раз. Её нежный, спокойный, завораживающий взгляд, рядом с которым любой цветочный сад терял краски. Не мог отвести глаз. Крошечное существо обезоружило её лучше любого солдата или убийцы. Придя сюда, я попал в очередную ловушку. И уступил не только укусу острых металлических челюстей нежности, но и тяжести её искренней улыбки.

— Не надо, Кил, — тихо предупредил Мал. — Не убеждай себя, что с нами она станет такой же.

— Не убеждаю.

— Тогда что ты делаешь?

— Смотрю. Просто смотрю.

— Будешь смотреть дольше, увидишь её мозги. Прекрати.

Сноу играла с ручкой ребёнка, а я изо всех сил следовал совету брата и смотрел в пол.

— Она пытается научить её владеть мечом, — сказала Ния.

Кай покачал головой.

— По-моему, они танцуют вальс.

— Ты пришла завербовать мою дочь? — вмешалась Амери, зажигая свечи.

Сноу улыбнулась и спрятала ручку малышки под одеяло.

— Возможно. Но бросок у неё слабый. Эту лучше отдать в учёные.

Кай протянул Нии пять серебряных даров.

— Говорила же, — воскликнула она и спрятала выигрыш.

— Это был вальс, — сказала Сноу.

Раздражённая Ния вернула Каю десять серебряных даров.

Амери села рядом. Впервые в присутствии Сноу она выглядела нервной. Переплетала и снова разжимала пальцы, пытаясь заговорить.

— Я придумала имя, но хотела узнать ваше мнение. Скорее попросить разрешения.

— Моё разрешение тебе не нужно. Я не жрица. Но имя мне интересно.

Амери неловко оглядела нас и поёрзала на стуле.

— Я хочу назвать её Сереной.

Ния и Кай посмотрели на неё как на безумную. Сноу на мгновение застыла, но затем снова стала играть с пальчиками ребёнка. Серена. Имя её матери. Мёртвой матери, убитой адриатийцами. Народом Амери.

— Амери, не думаю… — начала Ния, почти запинаясь.

— Значит, Серена, — перебила Сноу, не отрывая глаз от маленького существа.

Остаток визита прошёл почти в тишине. Лишь Ния и Амери негромко обсуждали новый дом и нужды ребёнка. Сноу дала им гораздо больше, чем обещала, когда отправила Амери в Исийорд.

Мы поднялись, когда малышка проснулась и потребовала кормления. Перед уходом я подошёл к Амери.

— Всё хорошо? Ты привыкла к этим землям? Если тебе что-нибудь понадобится…

— Всё лучше, чем хорошо, — перебила она, но я видел, что слова лишь наполовину совпадали с чувствами. — Скучаю по мужу, а маленькой Серене нужен отец. Но скоро я с этим смирюсь, не тревожьтесь. Так было лучше. Я знаю. Я ей доверяю. Это было к лучшему, — добавила Амери с печальной улыбкой.

Наконец понял, почему Сноу сослала её сюда одну.

Она шла по замковым коридорам в той же страшной тишине, которая окутала её раньше. Решение Амери задело сильнее, чем она показывала. Рядом со мной Ния нервно перебирала край плаща. Несколько раз пыталась выйти вперёд и заговорить, но каждый раз останавливалась.

Когда Сноу открыла дверь спальни, я схватил её за холодное запястье. Несколько мгновений она не оборачивалась, но и не оттолкнула меня. А когда всё-таки повернулась, я пожалел. На лице лежала увядшая тоска. Я искал её живые, горящие глаза, но находил только глубокие тени померкшего солнца. Ни тепла, ни холода. Лишь печаль между ними.