Книга Последний рассвет, страница 59 – Анна Тодд

Я хочу спросить его об этом, но Джулиан меня опережает:

— Лодка так себе, ничего выдающегося, но она принадлежала отцу в молодости, вот я и стараюсь за ней присматривать. Почти получается.

— Говорят, люди частенько дают имена своим лодкам. У этой есть? – спрашиваю я, поглаживая обивку сидений.

— Нет, имени у нее нет. Было когда-то, но pare его стер. Просто зачистил. А сам я не стал ничего придумывать – мне и так нормально.

— Вот это я понимаю, нежелание привязываться! Бедная безымянная лодочка, – со вздохом говорю я, глядя на Джулиана. Солнце за его спиной отбрасывает на палубу причудливые яркие тени.

Мои слова ироничны, однако в глубине души я чувствую досаду и смутную грусть: как может такое красивое, преданное своему владельцу судно оставаться без имени? Эта лодка напоминает мне человека, который всю жизнь усердно трудился, но так и не обрел своего подлинного «я». Никто не произнесет ее имя при свете дня, не прошепчет в ночи.

— Ей все равно. – Джулиан нежно поглаживает пальцами тугую сеть, закрепленную на опоре. – Или вообще нравится анонимность. К чему цеплять на нее ярлык, которого она не просила?

— А знаешь, в чем-то ты прав, – соглашаюсь я. – Слушай… сколько английских кроссвордов ты успел разгадать? У тебя словарный запас богаче, чем у меня!

— О, просто великое множество! Тонны, полчища, сонмы и мириады кроссвордов! – смеется Джулиан, смахнув с лица соленые брызги.

— Ладно, ладно! Я поняла, ты гений, – улыбаюсь я, легонько толкнув его в грудь. – Только не зазнавайся, это тебе не идет.

Я прикрываю ему рот ладонью, и Джулиан в ответ игриво прикусывает мне палец, заставляя тихонько ахнуть.

— А что же мне идет, Ория?

Джулиан кладет руку на мою обнаженную спину, легонько притягивая к себе – так, чтобы у меня оставалось право выбора: шагнуть навстречу или отстраниться.

— Ну что, готова хорошо провести время? – хрипло спрашивает он.

Воображение тут же подкидывает волнующий образ: вот Джулиан подхватывает меня на руки и уносит в каюту, чтобы там… сделать все, что пожелает. Ох, надеюсь, он не слышит, как колотится мое сердце.

— Есть хочешь? Там, на яхте, ты даже не притронулась к их пафосным закускам.

Я вспыхиваю.

— И долго ты за мной следил?

Джулиан пожимает плечами, загадочно улыбаясь.

— Скажем так, достаточно долго.

— Мне с первой минуты было ясно, что ты сталкер, – заявляю я, вскинув подбородок, и мы встречаемся взглядами.

— Я не преследовал тебя. Ну, тогда не преследовал. Сейчас-то совсем другое дело.

Я едва могу дышать: кажется, ветер и волны замедлили бег, не в силах выдержать искрящего напряжения между нами…

— И что же изменилось? – Я делаю шаг вперед, сокращая расстояние между нами: одно движение – и наши губы соприкоснутся.

Боже, как же хочется, чтобы Джулиан меня поцеловал!

— Разница в том… – Джулиан наклоняется ближе и медленно заправляет влажную прядь волос мне за ухо. Его губы скользят к моей щеке, и он тихо шепчет: – Я еще не знаю, какая ты на вкус.

Мои ноги подкашиваются, и Джулиан тихо смеется, прекрасно считывая реакции моего тела. Эта игра в кошки-мышки кружит голову и в то же время невыносимо раздражает. Мое тело дрожит от его горячего дыхания, хотя солнце палит немилосердно.

— Ты сводишь меня с ума, – шепотом признаюсь я, чувствуя, как сбивается дыхание.