Книга Покоренные, страница 144 – Ульяна Соболева

— Зачем трижды проверяете номер баллона? — спросил один из моих охранников.

— Потому что на ошибке погибают не красиво, — ответила старшая медсестра. — Просто перестают дышать.

Он замолчал и помог отодвинуть кресло с прохода. Мои люди умели закрывать телом от пули, но не привыкли считать запас газа и ширину дверей. Сегодня им показывали другую форму мужества, в которой никто не выкрикивал клятв.

Внешний робот тем временем приблизился к корпусу. Изображение шло на экран у поста с задержкой и без звука; прямой канал оставался у сапёра. Рентген показал две полости. В одной находился пиропатрон, в другой — герметичная ампула. Пожарный специалист попросил не вскрывать на месте: неизвестное содержимое могло повредить оборудование или создать облако горючего вещества. Инженер перекрыл участок коллектора, сбросил давление в пустую ветку и подтвердил, что пациенты питаются с другой рампы.

— Почему датчик отключён? — спросила Ирина Сергеевна.

— Провод разрезан внутри монтажной коробки, — ответил инженер. — Это мог сделать только человек с ключом. Снаружи повреждения не видно.

Карина попросила показать фото допуска. На экране появились две архивные записи, обе сделанные до стрельбы в коридоре и последующего отзыва карт: Сергей Латов вошёл за три дня до атаки и официально заменил клапан; за несколько часов до неё человек с фамилией Серов прошёл как контролёр после внеплановой заявки. Подпись диспетчера была электронной, заявка открыта клоном токена Авры. Номер удостоверения Серова отличался от настоящего номера сотрудника подрядчика последней цифрой.

— Увеличьте камеру у служебного входа, — сказала Карина. — Не лицо. Руки и коробку.

На записи мужчина в рабочей форме ставил кейс на стол охраны. Левой рукой достал пропуск, правой придержал дверь. На большом пальце не было фаланги.

— Видела его? — спросила следователь.

— В ангаре после похищения. Он подавал воду и всё время прятал руку в карман. Представился Рамилем. Фарид использовал его как смотрящего.

Орс отозвался сразу: — Настоящее имя Магомед Астамиров. Работал водителем у Дауда, затем исчез. Есть адрес сестры в области.

— Адрес не штурмовать, — сказала Ирина Сергеевна. — Наружное наблюдение и запрос оператору. Он мог уйти несколько часов назад.

Я уже открыл рот, чтобы послать своих людей к трассам, но Карина повернула голову к камере и посмотрела прямо в объектив. Я знал этот предупреждающий прищур и закрыл рот.

— Вы что-то хотели добавить? — спросила следователь.

— Нет.

— Запишем как редкое медицинское улучшение, — произнёс врач.

Сапёр выбрал не вскрывать корпус у коллектора. Робот закрепил устройство захватом, а переносной экран поставили между ним и зданием. Пиротехнический узел собирались разрушить направленной струёй в контролируемом положении. Пожарный отвечал за возможную утечку из линии, инженер — за давление, полиция — за внешний периметр. Орс стоял рядом со следователем и лишь передавал сведения. Короткие команды и номера звучали из динамика; даже страх здесь подчинялся расчёту.

— Отсек пуст? — спросил сапёр.

— Наружный технический блок и примыкающая кладовая освобождены, — ответил координатор. — Внутренняя стена противопожарная. Люди за второй дверью.

— Работаю.

Экран вспыхнул белым, звук пришёл через стекло коротким глухим ударом. Робот отъехал. Из корпуса поднялся тонкий дым, но коллектор остался цел. Ампула разбилась внутри защитного контейнера; датчик пожарных показал следы растворителя, недостаточные для воспламенения на открытом воздухе. Если бы устройство сработало у линии под давлением, пиропатрон мог повредить соединение и вызвать локальную утечку. Не взрыв больницы. Достаточно хаоса, чтобы отключить подачу и заставить нас поверить в большее.