Книга Сводный Альфа, страница 89 – Марго Лаванда

Образ Эрики встает перед глазами. Хрупкая. Ранимая. Тающая в моих объятиях и такая уязвимая…

Вцепляюсь в подлокотники кресла, чтобы не сорваться от невыносимой тоски. Внутри буря эмоций. Ненависть. Гнев. Желание драться.

— Как он? – слышу голос Фелиции. Поднимаю голову. Прабабка стоит на пороге, смотрит на меня с осуждением.

— Ты едва не погиб! – восклицает, глядя на меня со злостью. – А ведь я тебя предупреждала!

— Давай не сейчас, – снова морщусь от боли. Но, видимо, Фелиция принимает на свой счет, тут же взрываясь.

— Знаешь, ты просто идиот! Как жаль, что твой отец далеко! Иначе уж дурь-то бы выбил из тебя!

— Не лезь в это.

— Не лезть? А кто сейчас за главу клана?!

— Со своей девушкой я сам разберусь.

— И думать забудь! Ее забрали по праву! Ты не можешь…

— Она моя истинная.

— Нет!

— Именно так. И мне плевать, если ты в это не веришь. Эрика моя. А я целиком ей принадлежу. И пойду за ней, как только…

— Да ты посмотри на себя! На ногах еле стоишь.

— За ночь все пройдет. Не мешай мне, если не хочешь помогать.

Осуждение продолжает витать в воздухе даже после того, как Фелиция покидает комнату. Разматывая бинт, врач смотрит на меня вопросительно, но я не собираюсь и его посвящать в нелегкие будни своей семьи. Перевязав рану, доктор складывает медикаменты в портфель.

— Тебе нельзя двигаться по крайней мере два дня. Иначе швы разойдутся. Я бы на твоем месте не стал спорить с Фелицией.

Малколм Росс, наш семейный врач, с самого детства его помню. Я всегда относился к нему с уважением, но сейчас готов послать подальше.

Нервы сплелись в твердый комок, ярость не отпускает. Меня начинает трясти от одной только мысли, что ожидает Эрику в чужеродном ей месте. Там, где она никого не знает.

Ее отец крайне жесток и опасен.

Зачем после стольких лет он вспомнил о дочери? И совпадение ли, что это произошло именно тогда, когда мы с ней нашли друг друга?

Я не верю в такие совпадения. И не прощаю, когда мою пару похищают буквально у меня из-под носа. Сейчас мое бешенство не поддавалось контролю.

Но завтра надо будет сконцентрироваться и составить план. Я уверен, что мои сородичи помогут. Даже если Фелиция не поддержит. Наш клан, может, и не самый влиятельный, зато самый многочисленный.

Мы задавим чертового выскочку с севера.

Эрика

— Что значит быть до ночи? А потом? – продолжаю допытываться у своего неразговорчивого похитителя. Но Клаус ничего не отвечает, идет к креслу и, развалившись в нем, закрывает глаза. Я же замираю в нерешительности возле камина. Ну хоть согрелась… зубы перестали выбивать чечетку.

— И думать не смей, чтобы сбежать. Замерзнешь насмерть, – предупреждает Клаус, даже не приоткрыв глаза.

— Может, это для меня лучше, нежели тут с тобой быть… или неизвестность.

— Тебя не ждут никакие ужасы, трусиха. Только встреча с семьей.

Буркнув это, похититель замолкает.

Семья? Значит, все-таки отец пришел за мной? Точнее, прислал этого громилу…

Конечно, верить тому, кто удерживает тебя силой, глупо. Но и бежать совершенно некуда – вокруг один снежный лес. Постояв еще немного возле уютного огня, прохожу к дивану, стоящему подле большого окна. Присаживаюсь. Вся комната к этому моменту хорошо прогрелась, и я, пристроившись у подлокотника, подтянув под себя ноги, засыпаю.