Книга Человек, который не хотел любить, страница 121 – Федерико Моччиа

Танкреди направился к выходу из гостиной, но, засунув руки в карманы, чтобы достать ключи от машины, он случайно выронил носки. Прежде чем отец Олимпии успел заметить, что это выпало, она на лету их поймала:

— Твой платок… Я тебя провожу.

И они вышли на кухню.

Джорджо посмотрел на жену:

— Это был платок?

— Да, давай притворимся, что это был платок, как они только что притворились, будто смотрели телевизор.

Танкреди и Олимпия поцеловались в дверях.

— Ну и ужас, твой отец чуть не заметил, что это были носки.

— Ага… и, как обычно, я тебя спасаю… Если бы не я!

Она вытолкнула его наружу.

Танкреди повернулся к ней:

— Как ты думаешь, они поняли?

— Конечно нет… Они всему верят.

Танкреди улыбнулся:

— Хорошо, тогда увидимся позже. Не забудь спустить воду из ванны.

— Да, увидимся позже. Не опаздывай.

— Не опоздаю. – Затем он обернулся в последний раз и улыбнулся ей: – Но мы потом возобновим нашу беседу? Мне очень понравилось. У Гвендолин ведь есть ванна, верно?

— Катись! – И она закрыла дверь.

Танкреди быстро поехал домой на своем «порше». Он разделся, принял душ и в мгновение ока высушился. Он надел тёмный костюм и белую рубашку, улыбнулся, натягивая на ноги чёрные носки, и в конце затянул шнурки на последней модели ботинок от «Church’s». Он сбежал вниз, перепрыгивая через две ступеньки, пока не столкнулся с ней.

— Привет… – Клодин неподвижно стояла, прислонившись к стене, освещённая тусклым светом.

— Это ты… Я думал, ты спишь.

— Я услышала, как ты вернулся.

— Ой, извини, я тебя разбудил.

— Я не спала.

— Тогда отлично, сестрёнка.

Он поцеловал её в щеку. А потом, прежде чем он успел убежать, она остановила его:

— Мне нужно поговорить с тобой.

— Сестра, я очень опаздываю. Мы не можем поговорить завтра?

— Нет, – она молча опустила голову, – сейчас.

Затем Танкреди спокойно заговорил с ней, улыбаясь, и наконец снова убедил её поговорить об этом на следующее утро. Затем он выбежал из дома, сел в «порше», завёл двигатель, развернулся на площадке и на полной скорости выехал по гравию с виллы.

Танкреди глубоко вздохнул и закрыл папку.

В ту ночь на вечеринке они отлично повеселились, отыскали ванную и занялись любовью. Но не в самой ванне, а на полу, на коврике. Это было прекрасно. Он снова посмотрел на Олимпию, на её улыбку, на её детей. Олимпия вышла замуж за Франческо Д’Онофрио, того самого мальчика, которого он сватал Клодин тем летним днём в бассейне. Но он ей не понравился. Жизнь похожа на большой несобранный пазл.

Потом он вспомнил, как однажды вечером ему и его отцу Витторио вместе удалось собрать очень сложный пазл. Он был копией «Моны Лизы». На него у них ушло больше трёх часов, и когда работа была почти закончена, они поняли, что не хватает последнего кусочка, как раз того, который бы завершил её знаменитую и загадочную улыбку. Его искали повсюду. Хотя коробку они открыли в той же самой комнате и все три часа не выходили из неё. Их работа осталась бы незавершённой просто из-за того, что не хватало одной детали. Затем Танкреди посмотрел на Бака, их золотистого ретривера, виляющего хвостом в углу гостиной.

Он подошёл к нему:

— Вот кто его забрал! – Пропавший кусочек был у него во рту.

Он с лёгкостью вытащил его изо рта пса, и, несмотря на то что он был немного мокрым и пожёванным, ему удалось втиснуть его на место и завершить её улыбку.