Книга Искатель 25, страница 117 – Сергей Шиленко

Мёртвая тишина стала почти физической. Даже раненые в лазарете будто перестали стонать.

Корвин нахмурился и едва заметно покачал головой. Он не хотел, чтобы я брал всю вину на себя. Разумеется, план составляли вместе. Решения обсуждали офицеры. Но окончательное слово оставалось за мной, а значит, и прятаться за коллективной ответственностью я не имел права.

— Мы уничтожили армию, которая превосходила нас числом, уровнями и снаряжением, — продолжил я. — Если бы она добралась до эвакуированных, погибших было бы намного больше. Среди них оказались бы наши дети, родители, те, кого мы любим. Я по-прежнему считаю решение дать бой правильным. Но правильное решение не делает мёртвых менее мёртвыми и не освобождает меня от ответа перед вами.

— Тогда ответь!

Женский крик ударил из середины строя.

Люди расступились, пропуская невысокую девушку в слишком большой кольчуге. Я узнал её не сразу. Реда, одна из охотниц-новобранцев, тридцать третий уровень. Вчера её оглушило взрывом, и она отделалась рассечённым лбом. Сейчас рану закрывала свежая повязка, а в руке девушка сжимала три оплавленных наконечника стрел.

— Ответь мне, судья! — повторила она, выходя вперёд. Голос дрожал, но не ломался. — Почему после сигнала к отступлению тринадцать наших остались на позиции?

Джинд Алор шагнул к ней.

— Боец, вернись в строй.

— Пусть говорит, — остановил я его.

Реда поднялась почти к самому помосту. В её глазах не было страха перед командиром, который только вчера положил две с половиной тысячи врагов. Только горе, выжегшее всё остальное.

— Мой брат был среди них, — сказала она. — Младший брат. Левен. Он вступил в поход два месяца назад. Уровень двадцать девять. Ты отправил его против бойцов, которые могли убить его одним ударом.

— Да.

По толпе прошёл тяжёлый гул. Она ожидала оправданий, а прямой ответ на мгновение выбил воздух из груди.

— Почему?

Я мог рассказать о тактической необходимости. О том, что новобранцы действовали с подготовленной позиции, вдали от основной мясорубки. Что мы дали им защиту, сигнальные ракеты и приказ отступить при малейшей угрозе. Всё это было правдой и одновременно выглядело жалкими попытками прикрыть труп расчётами.

— Потому что сильнейшие бойцы требовались на флангах, где мы ожидали главный удар, — ответил я. — Южная позиция должна была вступить в бой последней. Ваша задача заключалась в добивании уже горящих противников с большой дистанции. Я полагал, что риск приемлем.

Реда швырнула наконечники на доски у моих ног.

— Ты ошибся.

— Ошибся.

За моей спиной кто-то резко втянул воздух. Командиры не любят вслух признавать ошибки перед строем. Считается, что это подрывает авторитет. Чушь собачья. Авторитет, который держится на притворстве, рассыпается от первого же неудобного вопроса.

— Сигнал был, — продолжила девушка. — Мы его видели. Три Пульсирующие Стрелы. Начали отходить. Но потом с правого края выскочили горящие солдаты Консорциума. Левен и остальные остались, чтобы задержать их. Кто приказал им остаться?

Я посмотрел на Джинда.

Тот помрачнел.

— Никто, — ответил он. — Связной повторил приказ об отходе. Они видели, что раненые не успеют добраться до укрытия, и развернулись сами.

— Удобно, — выплюнула Реда. — Мёртвые сами виноваты.

— Нет, — раздался новый голос. — Я виноват не меньше остальных.