Книга Двухголовый всадник, страница 122 – Наталья Звягинцева

Узнав об этом, граф Вислотский имел долгий приватный разговор с Полиной Гаевной и предложил родственнице перебраться в его дом в Белополье.

— В ближайшее время я уезжаю в город, и дом будет в вашем с Надей полном распоряжении. Для меня же будет честью, если вы примете моё предложение. А как окажусь в Москве, вышлю к вам лучшего доктора, уж я знаю, с кем об этом посоветоваться, – граф утвердительно ответил на недоверчивый взгляд Казимовой.

На том и порешили и засобирались в путь. А как вещи погрузили и простились со всеми, но так и не дождались появления Леонида Степановича, Вислотский скомандовал к отправлению.

Василий подвёл графу осёдланную кобылу рыжей масти.

— Может, сызнова поскачете? – в ожидании нового чуда спросил Громов, протягивая Николаю Алексеевичу уздечку.

В ответ получил обжигающий взгляд и холодную усмешку графа.

— Не гневи бога, Василий, – бросил он и скрылся в карете.

Саид захлопнул дверцу, взлетел на козлы и щёлкнул кнутом.

— Но, родимые, пошли, – гаркнул кучер, и копыта пары одномастных коней подняли столб сухой дорожной пыли.

Поля и рощи замелькали, как дивный сон. Хорошо летом в русской деревне. Даже граф Вислотский с этим не собирался спорить. Но отчего-то было ему сейчас не до местных красот. Откинувшись на спинку дивана, Николай Алексеевич погрузился в собственные мысли.

Заехали в лес, граф встрепенулся, прислушался. Раздался свистящий звук, и в крышу кареты вонзилась стрела с вороньим оперением. Саид натянул поводья, заставил лошадей остановиться.

— Ваше сиятельство, тут вами барышня интересуется, – загудел Саид с козлов, – изволите принять?

Выглянув из кареты, Вислотский схватил свою трость и неловко скатился на землю, подвернул ногу, но всё же смог устоять. Прямо перед каретой стояла Агриппина и хитро щурилась. Её золотистого цвета волосы на утреннем солнце сияли, как драгоценности. Мужской костюм, вычищенный и починенный, сидел как влитой.

— Я же обещала, что мы вскоре увидимся, – задорно улыбнулась разбойница.

— Я ждал этого, – хрипло заговорил граф и подошёл к ней почти вплотную. – Наталья Павловна Турусова, если не ошибаюсь. Мы с вами встречались… Помните, в Петербурге, лет десять назад… Тогда вы поразили меня вашей бойкостью и дерзостью. И, видимо, не изменили с тех пор своих привычек. Я слышал о вашем предстоящем венчании и бегстве прямо из церкви.

— Хватит, граф, – резко оборвала его Агриппина и нахмурилась, – княжна Турусова давно умерла, зато свободная и вольная Агриппина благодарит за своё спасение.

Барышня весело усмехнулась, свистнула по-разбойничьи. Из кустов к ней тут же выпрыгнул конь. Разбойница сильной рукою схватила его за гриву, в воздухе мелькнула её стройная ножка, затянутая в плотный чулок, и барышня оказалась в седле.

— И не забудьте о вашем обещании, граф Вислотский, – уже на скаку прокричала она.

Сегодня княгиня Рагозина с самого утра пребывала в нескрываемом волнении. Накануне она получила письмо от Николая Алексеевича, где он сообщал, что деревенский воздух ему наскучил и он снова в Москве. Обещал быть к полудню и развлечь старушку увлекательными рассказами.

— Надеюсь, граф не растерял своей проницательности, пока трясся в дороге, и будет у нас с адъютантом, – княгиня строго глянула на свою воспитанницу. – А ты, Катерина, проследи, чтобы самовар был ко времени и непременно свежий кофе для дорогого гостя. Ступай.