Книга Мальтийский сокол и другие истории, страница 189 – Дэшил Хэммет

Я вошел в его контору в разгаре дня, когда, как мне было известно, все сотрудники на месте. В приемной я с жаром принялся доказывать, что тамошние часы спешат на минуту – это чтобы персонал запомнил точное время моего прибытия. Затем я проник в кабинет Банса. Он был один. Я достал из кармана молоток и гвозди, купленные накануне у торговца скобяными товарами, который хорошо меня знал, и, не реагируя на удивленные возгласы Банса, наглухо заколотил все двери и окна.

Проделав это, я выплюнул пастилку, которая меняла голос, и прокричал:

— Ненавижу! Тебя нужно убить! Я тебя уничтожу!

Изумление на его лице достигло предельной степени.

— Сиди тихо! – приказал я вполголоса, вынимая из кармана оружие – оправленный серебром револьвер, на котором в четырех местах были выгравированы мои инициалы.

Зайдя Бансу за спину и старательно держа револьвер подальше от него, чтобы вокруг раны не остались пороховые следы, которые могли создать видимость, будто он покончил с собой, я выстрелил ему в затылок.

Пока ломали дверь, я при помощи штемпельной подушечки, взятой с его стола, успел разместить четкие чернильные отпечатки моих пальцев на револьвере, ручке молотка, белом воротничке Банса и на всех листах бумаги, до которых смог дотянуться. Едва я успел переложить себе в карманы авторучку мертвеца, его часы и носовой платок, как дверь распахнулась.

Через некоторое время пришел сыщик. Я отказался отвечать на его вопросы. Обыскав меня, он обнаружил авторучку, часы и носовой платок Банса. Детектив осмотрел кабинет – двери и окна, заколоченные гвоздями изнутри, револьвер с моими инициалами, лежащий возле мертвеца, отпечатки моих пальцев повсюду. Сыщик опросил коллег Банса. Они рассказали о моем появлении, о перемещении в кабинет, где находился один Банс, о стуке молотка, о громких угрозах, о выстреле.

А затем…

А затем детектив арестовал меня!

Впоследствии выяснилось, что этот горе-сыщик, жалованье которому платили владельцы недвижимости, за всю жизнь не прочел ни одной детективной истории! Ему и в голову не могло прийти, что если все улики свидетельствуют против меня, то это говорит о моей полной невиновности.

По главной улице Иззарда ехал «форд» – так побелевший от езды по пустыне, что был еле виден в поднятой им пыльной туче. Несся он, как и пыль, быстро, хаотично, мотаясь от одной стороны улицы к другой.

На улицу вышла девушка лет двадцати в желто-коричневом фланелевом платье. «Форд» едва не сбил ее, промчался всего в нескольких дюймах лишь потому, что она проворно отскочила назад. Девушка закусила белыми зубами нижнюю губу, бросила злой взгляд вслед машине и снова ступила на улицу.

У противоположного тротуара «форд» снова устремился к ней. Однако при развороте он сбавил скорость. На сей раз девушка спаслась, пробежав несколько футов до тротуара.

Из «форда» вылез человек в выцветшем хаки. Он лишь чудом удерживался на ногах, спотыкался, оступался, потом резко остановился, обхватив столб навеса. Это был рослый, плечистый мужчина с мощными руками; серые глаза были налиты кровью; лицо и одежду покрывал толстый слой пыли. В одной руке он держал толстую черную трость, другой снял шляпу, после чего с преувеличенным самоуничижением поклонился под гневным взглядом девушки.